Мои дедушка с бабушкой были вынуждены провести ночь на вокзале в Москве. По-моему, в конце шестидесятых. Мест на вокзале не было, поэтому они сидели на привокзальной площади на чемоданах. Вдруг появились цыгане. В те временя вокзалы и прилегающие районы они считали своей вотчиной, ходили смело, чувствовали себя хозяевами жизни. Народ предпочитал с ними не связываться отчасти из-за суеверия, отчасти из-за нежелания связываться. «Цыгане шумною толпой» переходили от пассажира к пассажиру – явно искали жертву. Дед с любопытством наблюдал: ничего подобного он раньше не видел. В деревне, где он родился и вырос, цыган не было. На войне, которую он всю прошел связистом, тоже было не до цыган. А тут – смотри, наблюдай. Цыгане обошли почти всех и приблизились к деду. Он уже ждал их, медленно наливаясь негодованием. Ему нужно было выплеснуть на них свое возмущение. Если бы они не подошли к нему, он сам бы пошел к ним. Цыгане остановились, и пожилая цыганка обратилась к деду с обычными слов