В эпоху повсеместного распространения нуаров во Франции еще царит эра куда более традиционных детективов - здесь даже есть классическая сцена, где все подозреваемые собираются в одной комнате дабы выяснить, кто же виновник.
однако чума, которая поражает город это не серия убийств или ограблений. жители маленького городка получают анонимные письма, содержащие не что иное, как правду про свои личные дела или темное прошлое. под особым ударом оказывается местный доктор, которого обвиняют в проведении абортов в обход закону и морали. удивительно, как всего лишь несколько слов на бумаге погружают в хаос целый город. с добропорядочных граждан будто срывают маски и каждый начинает вести свою собственную игру, дабы сохранить свою репутацию и вывести на чистую воду правдолюбца.
сложно придумать более злободневный сюжет для фильма, снятого во время оккупации Франции, когда каждый нервно оглядывался, зная, что могут донести. по иронии судьбы, создатели фильма знатно пострадали от причастно
В эпоху повсеместного распространения нуаров во Франции еще царит эра куда более традиционных детективов - здесь даже есть классическая сцена, где все подозреваемые собираются в одной комнате дабы выяснить, кто же виновник.
однако чума, которая поражает город это не серия убийств или ограблений. жители маленького городка получают анонимные письма, содержащие не что иное, как правду про свои личные дела или темное прошлое. под особым ударом оказывается местный доктор, которого обвиняют в проведении абортов в обход закону и морали.
удивительно, как всего лишь несколько слов на бумаге погружают в хаос целый город. с добропорядочных граждан будто срывают маски и каждый начинает вести свою собственную игру, дабы сохранить свою репутацию и вывести на чистую воду правдолюбца.
сложно придумать более злободневный сюжет для фильма, снятого во время оккупации Франции, когда каждый нервно оглядывался, зная, что могут донести. по иронии судьбы, создатели фильма знатно пострадали от причастности к немецкой компании, которая выпускала "Ворона".