Александр Жибров
Выпуск Ту-134 в грозу…
Конец мая. Заступил дежурным летчиком. Суббота. Погода с утра – благодать! На плане ничего нет. Сиди – отдыхай! Еще и синоптик обрадовал, что к 12.00 все закроет грозовой облачностью, вообщем, сплошные засветки.
Уже к 11.00 все стало оправдываться. Пошла кучевка, да такая стремительная в своем развитии, что гроза будет – 100%!
Время к обеду приближается, хорошо и вдруг звонок. Диспетчер:
- Текель закрыт по грозам, к нам сажают почтовик, Ту-134. Сможем принять? А то синоптик уже штормовое предупреждение хочет отправлять! С КП ВВС очень просили принять…
Зашел на метео, поднялся на КДП. Погода, действительно, на пределе, но что делать? Принимаем, тем более борт уже на подлете. А погода портится прямо на глазах.
Включаемся, раскрутили РСП. РСПэшник показывает, что все в засветках. Следом звонит офицер БУ с аналогичной радостью. А тут как раз и борт подходит. Запросил условия, начал снижение. Короче, садится нормально, но болтало (даже по радиообмену было слышно) хорошо в такой облачности.
Пришел командир к диспетчеру. Позвонили в Будапешт. Там сразу предупредили, что на сегодня Венгрия закрывается в связи с грозовой облачностью и сказали, что бы переносил заявку на утро. Однозначно!
По выражению лица командира «тушки» было понятно, что такой вариант его не устраивает. А в это время и первая засветка, с дождем и сильным ветром прошлась по аэродрому. Громыхало очень хорошо, но минут 15 не больше…
Синоптик на КДП нарисовался, дает подписать «штормовое предупреждение». Командир почтовика просит подождать. Вышли на балкон и он говорит:
- Понимаешь, нам надо очень в Москву вернуться сегодня. У моего правака свадьба, пригласил, а если мы здесь застрянем, там такое мероприятие пропустим… Вообщем, как хочешь, но я тебя очень прошу, выпускай. Мы сейчас быстро разгрузимся и запускаем. Только пробей «добро»!
Стоим на балконе, а вокруг все в таких мощных засветках, что даже не надо локатор включать!
- Да, я понимаю, но ты сам смотри, что творится? Тем более, что сам говоришь – все закрыто вокруг!
- Ты, главное, аэродром не закрой и добро на вылет подтверди. Мне главное взлететь и тысяч 7000 набрать над точкой, подскажешь, а там уже потом без проблем!
Началась перепалка с КП Будапешта. Они говорят, что у нас все в засветках, я убеждаю, что все нормально. Минут 15 спорили. Наконец дают добро!
Борту – запуск… Сам смотрю на небо, а там, как специально, такие «шапки» вокруг стоят, что понимаю прекрасно – это маленькая авантюра.
Борт со взлета начал искать дырки, слава Богу, пока еще не в сплошной облачности. Да и мне с КДП видно их отлично. Еще на земле с командиром договорились, что вижу – подскажу! Так и приходилось делать: на балкон – к трубке (отверни влево!, отверни вправо!).
Тушка набирала высоту прямо над точкой. Было еще нормально видно ее в разрывах, но потом скрылась она в облаках. А еще через пару минут доклад:
- … 8 тысяч, засветки не мешают, связь по направлению установил, СПАСИБО ЗА ПОМОЩЬ!
Через 15 минут точку накрыла очередная засветка с сильнейшим ливнем, грозой…
Но на этом история эта не закончилась. Наверно через неделю – другую, возле высотки сталкиваюсь с этим же командиром «Тушки». Их опять посадили у нас вместо Текеля.
Спросил, как долетели?
- Ты, знаешь, гроза вокруг была конкретная, хорошо, что были «дырки» и ты помог здорово. В локаторе сплошь «засветки» и не разберешь. А на свадьбу мы успели экипажем, вот только… может лучше бы, если бы и у Вас остались… не знаю?
Все оказалось просто. На свадьбе так «хорошо» погуляли, что праваку (второму, который был с ним в тот день) такой «бланш» на свадьбе поставили, что даже со спины было видно.
- … вообщем, сейчас пока летаю с третьим, пока мой в свадебном путешествии!
Так что вот такая история!
Особист из «Чкаловска»
Эта категория бойцов невидимого фронта была своеобразной. Сколько я их не встречал в гарнизонах, все они были настолько разными, но главное, что их объединяло - незаметность. Об их присутствии все догадывались, естественно, знали в лицо, но практически они были в стороне и занимались своими делами.
Например, в Балхаше в мое время «особистом» был капитан, у него было хобби –заходить в штаб ровно в 9.00, когда начальник штаба докладывал командиру полка на построении.
Небольшого роста, он спокойно «дефилировал» на виду у всех, когда в радиусе 100 метров замирало все. Правда, больше личный состав с ним и не пересекался, мне кажется. А если построение затягивалось на 15-20 минут, можно было видеть и «окончание» работы офицера, когда он, не спеша, «уже» выходил из штаба и шел… на «задание» в сторону КПП.
В Дебрецене был случай особенный. Совпало так, что в год моей замены, произошла замена и «особиста» полка. Невысокого роста, сухощавый, в звание капитан, что для его возраста, а ему наверно за сороковник уже стукнуло, было как-то непривычно.
Кабинет в штабе на третьем этаже и довольно часто он попадался на глаза всем. Самое главное вид, с каким он держался в незначительных разговорах и даже просто проходя по штабу, подсказывал о том, что к нам пожаловал в ссылку сам начальник КГБ - Юрий Владимирович Андропов! Если раньше (кстати, во всех гарнизонах) представителя этой древнейшей профессии практически не было видно и слышно, то тут с приездом капитана (а он приехал, если не ошибаюсь с Чкаловска) его стало так много, что куда ни плюнь - он или рядом, или только ушел…
Первая встреча
Буквально через неделю у меня произошла с ним маленькая «стычка». Воскресенье. Еду с семьей в город. Подходим к КПП, а там стоит маленькая «толпа» и что-то оживленно обсуждают. Но, главное, никто не выходит в город. Прохожу – вертушка КПП закрыта. Солдатик (извиняющимся голосом) предлагает пройти в комнату дежурного. Захожу.
На стуле сидит вальяжно данный кент и чуть ли не через губу спрашивает:
- Где Ваш пропуск?
- Какой пропуск?
Дальше следует «непонимание» друг друга в этом вопросе и тон разговора повышается. К своему удивлению узнаю, что, чтобы пересечь КПП мне и моей семьей нужен пропуск, в крайнем случае, мне, как офицеру, удостоверение личности. Две минуты поговорив, стало понятно, что данный процесс длительный, народ кучкуется у КПП удивленный новыми правилами пересечения границы гарнизона. Сходил домой, взял удостоверение, предъявил не стесняясь в выражениях, но не переходя в ненормативную лексику, пошел в город. Закрывая «мягко» дверь дежурной комнаты, да так, что штукатурка посыпалась, услышал в спину :
- еще побеседуем…
Действительно, в понедельник, после постановки задачи на полеты, в класс постучался боец, дневальный по штабу, и на хорошем русском языке довел информацию:
- Капитана Жиброва визивают в кабинет…(номер он забыл), вообщем срочна! Особиста зовет, срочна!
Захожу. В кабинете двое. Второй, майор - представитель «защиты гос.секретов» в батальоне обеспечения и связи, лицо знакомое. Наш сидит за столом, полуразвалившись в кресле, ну такой весь из себя…
Молчание. Тогда я говорю:
- Что нужно?
Он чуть не поперхнулся!
- Почему не докладываете о прибытии?
- Я что, поезд и потом кому докладывать?
Сажусь на стул. Тот принимает вертикальное положение и начинается разговор:
- Почему нет пропуска у вас и вашей семьи? И вообще капитан ты что-то вольно себя ведешь? Ты, кажется, заменяешься в этом году? Может хочешь куда поехать?
- А тебя что этот вопрос волнует? Хочешь походатайствовать в хорошее место? Ну, похлопочи… А насчет пропусков – ты мне покажи хоть один такой, куплю бутылку водки!
Ну и дальше в таком же плане. Майор улыбается, а наш хватает трубку, звонит начальнику штаба. Тот, на вопрос о пропусках, сказал примерно в таком плане:
- Какие на хер пропуска? Здесь их не было никогда в жизни и не будет!
Что-то еще о чем-то начал права качать, мол почему грубо разговаривали?
А когда я ходил за удостоверением, он отпустил реплику в адрес людей, стоящих у КПП, мол стоит быдло без пропусков, неорганизованное… Намекнул ему, про быдло…
- Я так не говорил!
Понятно! Вообщем, попрощались… хорошо.
А потом начинаются эпизоды продолжения нашего общения.
Сидим в курилке и обсуждаем «насущные проблемы» заменщиков. КПП закрыли наглухо, машину в батальоне (чтобы вывезти остатки советской роскоши на продажу венграм) - не дают.
Утром иду на работу, а особист грузит малюсенький телевизор, весом килограмм 70, в служебный газик (ГАЗ-69) старого образца с большими проблемами (не проходит в дверь!). Я и говорю в разговоре, что у него с «этим» проблем нет.
Буквально на следующий день сталкиваюсь с ним лицом к лицу на втором этаже и он так весело говорит:
- Я, между прочим, товарищ капитан, телевизор в ремонт возил, а не на продажу!
Сразу в ответ не растерявшись:
- Вам не все сказали, слово «продажа» не звучало!
Разошлись улыбнувшись друг - другу…
Второй момент
Вроде малозначительный, но тоже прибавил раздумий о нашей грешной жизни. Сидим двумя экипажами на боевом дежурстве.
Лето. Жарко. В комнате идет игра в карты, а т.к. я этого «дела» даже не любитель (а играют профессионалы), решил перед обедом сходить в душ на высотку.
Иду вдоль высотки и пчела, вылетевшая из щели блочных панелей, произвела успешную атаку. Моментально в районе шеи появилась припухлость. Не смертельно, конечно, жить можно. Помылся, возвращаюсь и, естественно, рассказал играющим.
На следующий день возле штаба батальона (забыв об этом происшествии» десять раз!) замечаю «особиста, который сочувственно качая головой выразил «соболезнование», по поводу укуса пчелы…
После этого, действительно, как в старом анекдоте про олимпиаду, в розетку глядя хочется сказать:
- Спасибо за чай, товарищ капитан!
А говорил про это только в своем кругу, нас было четверо…
А уже перед заменой, наши отношения «потеплели», только из-за того, что оказались в составе передовой команды в Германии (Бранд). Поселили в одном номере, но в разных комнатах. ЛТУ тогда не состоялось и, естественно, крепили дружбу со своими сослуживцами.
Самое смешное в командировке было то, что недели за две до этого, «братский» полк прилетал к нам со своим «германским» дефицитом, и как ответный визит ожидали прилет нашего полка. Принцип «бартера» присутствовал повсеместно.
Но… наш полк не прилетел, «отбили» из-за аварии МиГ-23 накануне.
В классе предполетных указаний, чуть ли не силой с руки сняли электронные часы (обыкновенная штамповка) и вручили какие-то марки. Реализовать их в городке было практически невозможно (все закрыто) и Гена Ягофаров (однополчанин по Балхашу) выбил по блату место в стареньком ГАЗ-69 местного особиста, отправляющегося на «экскурсию» в самый ближний город. Надо было видеть лицо нашего орла, под которого и была запланирована экскурсия!
Потом была через месяца - два замена, но о нововведениях, которые казались просто дебильные, рассказывали уже летчики полка, сменившие наш полк после вывода в Кировоград. Им повезло больше…
Предыдущая часть:
Продолжение: