Как известно, фрейдизм - одно из направлений глубинной психологии, оказавшее влияние на многие сферы культуры далеко за пределами врачебной практики. В данной статье мы поговорим о влиянии психоанализа на кинематограф, в частности на фильмы ужасов.
Действительно, жанр ужасов - один из самых благодатных для применения постулатов психоанализа на практике. И не удивительно, что редкий исследователь, будь он писателем, философом, киноведом или культурологом не только стремиться, но и вынужден, касаясь произведений жанра, обращаться к фрейдистским мотивам рассматриваемых фильмов.
Итак, ключевым для хоррора является сексуальный подтекст, основанный на бессознательных влечениях и страхах. В качестве примера обратимся к фильмам, в которых происходит травматическое проникновение в человеческое тело каких-либо инородных субстанций и последующая мутация организма носителя. Речь идет о половых контактах с позиции бессознательного в фильмах "Чужой" и "Нечто" "Вторжение похитителей тел". Примечательно, что жертвами в основном оказываются мужчины, что можно трактовать так же с позиции психоанализа и сказать, что истинным предметом страха в данном случае является женская физиология, одновременно притягивающая и отталкивающая. И вообще "Чужой" Ридли Скотта пестрит обилием фрейдистских мотивов: тут тебе и образы архаической матери и ее утробы, фантазмы первобытного матриархата, сексуальной первосцены, кастрация, имитация актов оплодотворения, вынашивание, рождение и т.п.
Интересен слэшер, с его непременным правилом, согласно которому в фильме ужасов персонажи, занимающиеся сексом, погибают первыми. Почему? Ответ: подавление сексуального импульса в начале фильма способствует возникновению сексуального голода на всем его протяжении. В итоге табуирование сексуальных сцен оказывает на зрителя прямо противоположный эффект. Для жанра также характерны и прочие сексуальные коннотации: страх нежелательной беременности, потери девственности, изнасилования, инициации и т.д. Зомби-фильмы можно рассматривать как некую аналогию между пожиранием плоти и сексуальными взаимоотношением, в котором все построено на поглощении одного другим.
Говоря о жанре хоррора нельзя не затронуть классических произведений за авторством Хичкока. Так в сюжетном построении «Птиц», очевидно инцестуозное напряжение между матерью и сыном, а агрессивные нападения птиц, начавшиеся с приездом главной героини, связаны с символическим взрывом материнского Суперэго по отношению к возможной любовнице сына. В случае с «Психо» обращает на себя внимание аналогия между строением дома и внутренним миром персонажа Норманна. Первый этаж — это эго Норманна, на нем он представляет собой идеального сына, второй этаж — Суперэго, связанное с матерью Нормана, а подвал — это Оно, пространство подавленных влечений, в которое Норман переносит свою мертвую мать со второго этажа в середине фильма, опуская ее в своем собственном подсознании из Суперэго в Оно.