В послевоенной советской и современной российской литературе, а также различных публикациях на военно-исторические темы, посвященных событиям первого дня войны СССР против Германии, можно нередко встретить упоминания о летчике 123-го истребительного авиаполка лейтенанте Иване Калабушкине. Согласно наиболее тиражируемой сейчас версии, этот авиатор в ходе трех боевых вылетов, совершенных им 22 июня 1941 года, сбил пять вражеских самолетов. Такое достижение не только делает Калабушкина "асом одного дня", что в военной авиации явление само по себе нечастое, но и позволяет говорить о нем как вообще о самом первом советском асе той войны. Однако так ли оно на самом деле?
Для того, чтобы разобраться, нужно сразу определиться с корректной постановкой вопроса. Поскольку речь идет о подтверждении или опровержении применительно к Ивану Калабушкину статуса "аса одного дня" именно с точки зрения советской стороны, то и опираться здесь нужно исключительно на советские же источники. Сведения о реальных потерях Люфтваффе в сражениях с истребителями 123-го ИАП могут представлять в данном случае лишь чисто академический интерес. Итак, для начала стоит напомнить ту ходовую версию, что ставится под сомнение. Согласно ей 22 июня 1941 года лейтенант Калабушкин, эскадрилья которого базировалась на аэродроме Именин, одержал в трех воздушных боях пять побед, но затем был сбит сам и получил ранения в обе ноги. В первом вылете его жертвами стали, якобы, два бомбардировщика Ju-88, во втором - бомбардировщик He-111, и в третьем - два истребителя Bf-109. Стоит также отметить, что согласно некоторым публикациям второй бой Иван провел "около полудня", а последний, в котором был ранен - "ближе к вечеру". Что же касается общего количества самолетов, якобы сбитых истребителями 123-го ИАП, то оно оценивается апологетами данной версии в 30 единиц.
А что по этому поводу говорят документы? Прежде, чем обратиться к ним, нелишним будет вспомнить, что 123-й ИАП к моменту начала войны насчитывал 58 истребителей-бипланов И-153 "Чайка", 20 истребителей-бипланов И-15бис, использовавшихся для учебных полетов, и 20 новейших Як-1. Полк входил в состав 10-й смешанной авиадивизии и базировался на аэродроме Именин, но помимо основной базы летчики использовали также аэродромы Стригово и Брест. О том, как развивались события дня для всей дивизии в целом, дает хорошее представление боевое донесение №1 штаба 10-й САД, составленное от руки на аэродроме Именин в 14:45 и подписанное командиром дивизии полковником Николаем Беловым. Из текста этого документа следует, что второй входивший в состав 10-й САД истребительный авиаполк - 33-й, базировавшийся на аэродроме Куплин - полностью утратил боеспособность уже к 10:00 в результате трех последовательных атак германской авиации. Что же до 123-го ИАП, в котором служил Иван Калабушкин, то этот полк прекратил вести активные боевые действия не позже 14:45 - времени завершения последнего и самого мощного из пяти неприятельских налетов на аэродром Именин. Как указано в донесении:
"Основной удар нанесен беспрерывными атаками 13:55 - 14:42 девятью самолетами "Хейнкель-111" и двенадцатью Ме-110, из-под удара выведены двенадцать (зачеркнуто) восемнадцать самолетов, до налета перелетели в Пинск. На земле неуничтоженными остались восемь Як-1. Погибло 4, пропало без вести 5. Командир полка майор Сурин погиб."
Из этого следует как минимум то, что Иван Калабушкин не мог вести бой и сбивать кого-то "ближе к вечеру". Хотя это и не значит, что все свои победы он не мог одержать, предположим, до полудня. Однако помимо этого документа есть еще и два донесения командующему ВВС Западного Особого военного округа, составленных 22 и 23 июня капитаном Михаилом Савченко, заместившим на должности комполка погибшего майора Сурина. В первом говорится следующее:
"123 ИАП Именин неоднократно подвергался бомбардированию и штурмовым атакам пикирующих бомбардировщиков и "Хейнкелей". Основной удар нанесен с 13:55 до 14:42 девятью самолетами "Хейнкель" и 12 "Мессершмитт". Командир полка майор Сурин погиб. Сбито "Хейнкель-111" - 4, "Мессершмитт" - 3. 123 ИАП погибло 4, пропало без вести 5."
Итак, здесь появляется цифра побед, заявленных летчиками 123-го ИАП - семь. Причем речь идет именно обо всех победах, одержанных в течение дня, поскольку ниже приводится общее число потерь, а не только применительно к последнему бою. Правда, в донесении от 23 июня, написанном уже рукой самого Савченко, количество сбитых вражеских машин сдвигается в сторону увеличения, пусть и не слишком значительно:
"Вчера 22.6.41 г. провели восемь воздушных боев, сбили 7 бомбардировщиков, 3 Ме-109 и 1 разведчик. Сам я участвовал в бою над Пинском, сбил я 2-х, сам невредим."
Поскольку в течение второй половины дня 22 июня и утра 23 июня получить уточняющие данные о достигнутых летчиками полка результатах у капитана Савченко по понятным причинам возможности не имелось, то за истинную следует принять цифру, содержащуюся в первом варианте документа. То есть 7 сбитых самолетов. Что, кстати, неплохо соотносится с германской статистикой, согласно которой безвозвратные потери Люфтваффе в воздушных боях в тот день и в том районе составили 5 машин. И если история о Калабушкине, как "асе одного дня" справедлива, то становится совершенно непонятно, чем же занимались остальные его товарищи и почему им так не везло.
Все расставляет по своим местам еще один документ, а именно представление Ивана Калабушкина к награждению орденом Ленина. В нем действительно упоминается о пяти победах летчика, но одержанных не за один день, а в период с 22 июня по 31 июля 1941 года:
"22.6.41 г. в районе Бреста сбит самолет противника Ме-109. 23.6.41 г. в районе Пинска сбито два самолета противника Ю-88. 28.7.41 г. в районе Едрово сбит самолет противника Ме-109 и 31.7.41 г. в районе Болгое сбит самолет противника "Хеншель-126".
Отсюда следует, что 22 июня 1941 года лейтенант Иван Калабушкин одержал одну воздушную победу, а не пять. И вовсе не был ранен, поскольку участвовал в сражениях и на следующий день. Судя по всему, ранения в ноги он получил как раз 23 июня (в представлении к награждению отражен сам факт без даты, но с географической привязкой - Кобрино) и после этого оказался на лечении в госпитале. Остается лишь один вопрос: когда именно был создан миф о пяти победах, одержанных Калабушкиным 22 июня 1941 года? Судя по всему, уже после окончания войны. Во всяком случае, в посвященной Ивану пропагандистской статье, опубликованной заместителем политрука Я. Шварцманом 20 февраля 1942 года в газете "Сталинский сокол", подобная история отсутствует. Но уже намечаются первые ее контуры: так, в статье говорится о ранении, полученном Калабушкиным в первый день войны, а также о том, что не он один, но все возглавляемое им звено уничтожило пять вражеских самолетов. С большой вероятностью, со временем как раз эти пять "сбитых звеном" превратились с легкой руки других журналистов в пять лично одержанных побед.
Michael Traurig