Пётр Захарович Ермаков (1884-1952)
16 июля 1918 года был выбран членами Президиума Исполкома Уральского Облсовета как представитель РККА и человек, хорошо знающий окрестности Екатеринбурга в качестве ответственного за вывоз и тайное захоронение представителей царской семьи. 17 июля 1918 года стал непосредственным участником расстрела Николая II и его семьи.
Охранник А. Стрекотин вспоминал о расстреле Николая II и его семьи: "Тов. Ермаков, видя, что я держу в руках винтовку со штыком, предложил мне доколоть оставшихся в живых. Я отказался, тогда он взял у меня из рук винтовку и начал их докалывать. Это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передёргивались. В особенности тяжело умерла та особа — дама. Ермаков ей всю грудь исколол. Удары штыком он делал так сильно, что штык каждый раз глубоко втыкался в пол."
По собственным воспоминаниям, Ермаков также принял активное участие в уничтожении тел казненных на Старой Коптяковской дороге.
С декабря 1934 года на пенсии. В Великую Отечественную войну занимал должность председателя военной секции Молотовского Райсовета ОСОАВИАХИМа г. Свердловска. К концу жизни страдал алкоголизмом.
Социолог и краевед В. Б. Четвериков рассказал в начале 1990-х годов в телепередаче «Имя в истории», что на торжественном собрании в Свердловске к маршалу Г. К. Жукову, командовавшему тогда Уральским военным округом, протиснулся подвыпивший Ермаков и, протянув руку для рукопожатия, объявил, кто он такой. Жуков на это ответил:
- Я палачам руки не подаю.
Умер 22 мая 1952 года от рака в Свердловске. Похоронен на Ивановском кладбище. Надгробный памятник на месте захоронения часто подвергается вандализму (обливается красной краской).
В советское время одна из улиц Свердловска носила имя Ермакова. После 1991 года улице возвращено историческое название — Ключевская.