Местные порядки
Сижу в кабинете старейшины. Он напротив меня. Высокий, худощавый мужчина со строгим лицом. За его спиной большой иллюминатор с искусственной инсталляцией парада планет. Дело в том, что мы двигаемся почти со скоростью света, да еще и в глубоком космосе, и если посмотреть в настоящий иллюминатор, то кроме тьмы ничего не увидишь. Поэтому на космическом корабле были сделаны искусственные инсталляции, для красоты естественно и ощущения, что ты путешествуешь в космосе, а не блуждаешь во тьме. Это было то немногое, что я почерпнула из научной фантастики в юности. Я сижу и смотрю на эту инсталляцию, она завораживает и успокаивает, как мои мысли прерывает голос.
- Алекс,– говорит старейшина серьезным тоном, на столе перед ним лежит раскрытая папка. – Я ознакомился с вашим делом и мне очень стал любопытен один момент… - он хмурится, - Девушка из благополучной семьи среднего класса, отец художник, мать преподаватель. Окончила университет с ученой степенью бакалавра по специальности педагогика. Работала в средней школе. Есть младшая сестра - врач, а потом вдруг совершила преступление, – он поднимает глаза и смотрит на меня,- предумышленное убийство. - Как такое могло произойти?
- Если в моем деле не указана причина, значит, к моему здесь присутствию это дела не имеет,- отвечаю я.
- Так - то оно так. Это ваше личное дело, конечно, но я должен быть уверен, что среди людей, за которых я несу ответственность, не будет разгуливать маньяк.
- Я не маньяк, господин старейшина, я убийца, хладнокровная. Как и написано в моем деле, - отвечаю я, - и вам решать, выпускать меня к вашим людям или нет. Насколько я помню, по договору, который я заключила, меня должны были разбудить только на планете, и я не понимаю, какого черта я делаю на этом корабле, - я говорю это раздраженно и грубо, он это чувствует, откидывается на спинку стула и пристально продолжает смотреть мне в глаза. – Можно ли мне сигарету, прошу. Когда я закурю, я смогу вам ответить на все ваши вопросы.
Он подает мне пачку «Мальборо», я закуриваю.
- Хотите бокал виски? – Спрашивает он.
- Не откажусь, – явно мне сейчас не хватает выпить. – А вина у вас нет?
- Вино у нас только по праздникам. Мы иногда умеем веселиться, - впервые за весь разговор он улыбается. – А этот виски из личных запасов старейшины. – Он подает мне бокал с виски.
- Ммм. Личный запас старейшины, и мне выпала такая честь, ну что ж, благодарю, - я опрокидываю бокал. – А старейшина – это что-то типа президента? Там у вас выборы каждые пять лет и так далее?
- У нас демократия. Выборы каждые десять лет. При старейшине совет из девяти человек. Всех устраивает такой порядок вещей.
- Да, но демократия не распространяется на женщин. Я заметила, что в совете всего одна она, как то это не очень демократично.
- Женщин в меньшинстве, и женщины на нашем корабле должны выполнять свою главную функцию – деторождение, все те, которые могут иметь детей, конечно. – Так как женщин мало, каждая из них в пару может выбрать себе несколько мужчин, мы не заставляем, они сами для себя это решают – один муж обязательно, два и более уже по желанию и согласию всех партнеров. Знаю, это может показаться для вас диким, но мы заботимся о будущем человечества.
- По согласию, говорите…- Я не верю его словам, но молчу. – Значит, раз я теперь вынуждена жить на вашем корабле, то, и обязана подчиняться вашим правилам. Значит ли это, что я должна выбрать себе партнера?
- Алекс, ваш сарказм не совсем уместен. Я прекрасно знаю, что вы стерильны, вы не можете иметь детей. Все изложено в вашем деле. Так же тут информация по поводу всех ваших перенесенных заболеваниях и операциях. А еще указано, что у вас уникальная ДНК, в вашей крови содержатся антитела практически ко всем известным на сегодняшний момент вирусным и инфекционным заболеваниям. Вы, Александра, настоящая загадка природы. Собственно говоря, вы именно поэтому оказались на нашем корабле, не так ли? Может вам уже пора объяснить?
- Да. Именно поэтому я здесь. Когда я сидела в тюрьме, ко мне пришли люди из организации «Новые рубежи», они объяснили мне, что собирают экспедицию в соседнюю галактику, в солнечную систему идентичную нашей, на планету, на которой мы сможем построить новое будущее. Я была смертницей, приговорена к смертной казни. Но вы это уже знаете, и естественно между смертью и жизнью, я выбрала жизнь. Пусть с сомнительным будущим и оторванную от своего дома, но все - таки, жизнь. Они так же объяснили мне, что у меня уникальная ДНК. И я буду полезна на новой планете для строительства новой цивилизации. Меня отправят в киберсон, погрузят на корабль, и я очнусь на новой планете, это был шанс начать все заново, начать новую жизнь. Я должна была спать и ждать своего часа с другими добровольцами – учеными, докторами, гениями и с людьми со здоровым генофондом, которые изъявили желание помочь человечеству в освоении новых рубежей космоса. Но чего я не понимаю, так это то, почему я проснулась раньше времени?
- Мы тоже этого пока не знаем, но разбираемся в ситуации. По первым данным, произошел сбой в вашей капсуле, и система жизнеобеспечения была отключена.
- То есть…кто – то намеренно отключил мою капсулу?
- Возможно, это была диверсия, и это было сделано намеренно. А может просто что-то сломалось в системе, но вторая версия практически равна нулю. Я пока жду отчета инженеров, во главе с Сэмом О’Нилом. Вы ведь его уже знаете, он был первым, кто пришел на сигнал тревоги.
- Да. Я знаю, он был первым, кого я увидела.
- Знаете, Алекс, он спас вам жизнь, если бы он вовремя не среагировал и не позвал доктора, то вы бы задохнулись. Думаю, вам стоит поблагодарить мистера О’Нила.
Возможно, мне и стоило поблагодарить его, но я не доверяла старейшине. Не доверяла мистеру О’Нилу, может это он отключил мою капсулу? Кто-то хотел моей смерти или наоборот моего пробуждения. И это одинаково меня пугало.
- Так, сколько мы уже летим? – спрашиваю я.
- Мы путешествуем уже 324 года и 15 дней, - отвечает старейшина.
- Вау…так долго…- я думаю обо всех тех, кто остался на земле, о моей сестре, о моих родителях и о моих друзьях, их всех уже давно не было в живых. – А сколько осталось еще?
- Я вас обрадую, Алекс, если все пойдет по плану, без аварий и так далее, мы будем на месте через пятнадцать лет. Так что, скорее всего, вы ступите на твердую почву.
Эта информация дает мне надежду. Значит, не зря я выбрала это путешествие. Я еще могу увидеть над головой голубое небо и солнце.
- И чем же я буду заниматься все эти 15 лет?
- Я пока думаю над этим, но думаю, я определю вас в школу. Вы ведь занимались преподаванием, вот и здесь этим займетесь.
Я выхожу из кабинета смотрителя с улыбкой на устах. Меня встречает Сэм.
- Алекс, хотел лично поприветствовать вас и представиться – Сэм О’Нил, главный инженер на корабле. С этими словами он подает мне руку, я замечаю, что она слегка дрожит.
- Алекс… Просто Алекс, - с этими словами я пожимаю его руку. Он улыбается, его карие глаза так смотрят на меня, будто он давно ждет этого рукопожатия. – Так, вы разбираетесь в случившемся с моей капсулой?
- Да, я обязательно разберусь в случившемся. Разрешите мне проводить вас в наш главный холл, в комнату отдыха? Это очень красивое место, я знаю, что вы можете тосковать по дому, это место его вам напомнит. Хоть мы все здесь родились, и этот корабль и есть наш дом, но все же, мы все дети земли.
Откуда он знает, что я могу тосковать по дому? Откуда он может знать, каково мне, быть закрытой в этой металлической коробке, парящей во мраке и невесомости? Он знает лишь этот дом, этот космический корабль и есть его дом, его Земля.
- Мистер О’Нил, я хочу поблагодарить вас, что вы оказались вовремя около моей капсулы и не дали мне в ней задохнуться.
- Не стоит, я пришел на сигнал тревоги, это моя работа. И. Алекс…называйте, меня Сэм, - он смотрит мне в глаза и улыбается, и снова это ощущение, что он уже давно меня знает.
Я вспоминаю, что он видел меня почти голой, когда извлекал из капсулы, блюющей и испуганной, и эти воспоминания заставляют меня покраснеть и отвести взгляд.
Мы входим в комнату, ту самую, про которую говорил Сэм, она великолепна… Просторная, светлая, с высоким потолком. Это настоящий сад - деревья, кусты, цветы… стоит немыслимое благоухание. Летают птицы и напевают свои песенки. В центре сконструирован маленький водопад, в котором плескаются рыбки. Эта комната не похожа на остальные помещения. Сэм не врал мне, она и правда мне нравится, как будто маленький островок Земли в пустом и бесконечном космосе. Сэм внимательно смотрит на меня, он видит мое восхищение… Я дотрагиваюсь до лепестков роз на одном из кустов..
- Они как настоящие не только на вид, но и на ощупь! – восклицаю я.
- Они и есть настоящие, - говорит Сэм, - это все результат совместного труда наших садоводов и химиков.
- Ай…- я укололось о розовый шип, и капелька крови появляется на кончике пальца.
- Осторожней, - произносит Сэм, - он берет мою ладонь, притягивает к себе и вытирает кровь салфеткой.
- Вы меня смущаете, мистер О’Нил, - произношу я, он держит мою ладонь в своей руке.
- Прости меня…я…
Он не договаривает, к нам подбегает женщина, и нападает на меня с криками.
- Ах ты, мерзавка… Думаешь, я не помню тебя?! Делаешь вид, что такая невинная овечка! Но я - то знаю, какая ты! Думаешь, увела у меня его в первый раз и получится во второй?! Теперь он мой муж, ясно?! Убери от него свои руки!
- Замолчи, Лори, - говорит ей Сэм,- ты ничего не понимаешь.
Сэм хватает за руку свою жену и уводит её. И говорит мне:
- Я позже все тебе объясню, я обещаю.
И я остаюсь в саду собственных мыслей. Обескураженная, удивленная, не понимающая, что значат эти слова. Лори однозначно меня знает, но откуда?
Вдруг я слышу чье то легкое всхлипывание, рядом с лимонным деревом, на скамейке сидела Рейчел, она тихонько плакала. Сейчас она мне напоминает маленькую напуганную мышку. Обычно я никогда не лезу к людям с расспросами, но сейчас мне жаль ее. Я подхожу к ней и сажусь рядом.
- О. это ты Алекс, - произносит Рейчел, вытирая от слез глаза салфеткой,- ты уже ознакомилась с нашим чудесным залом для отдыха.
- Да. Меня сюда привел Сэм, он как чувствовал, что это комната мне понравится. Рейчел, позволь спросить, что случилось? Если не хочешь говорить, я не настаиваю, но я готова тебя выслушать и помочь в меру своих возможностей.
Я вижу испуг на ее глазах.
- Ты боишься меня, Рейчел?
- Нет…не тебя, Алекс… - она старается говорить тише, оборачиваясь по сторонам, будто боясь, что нас услышат. – Давай, встретимся в медицинском отсеке, там я все тебе расскажу.