Мы с кузенами очень любили играть в эту игру, лет до пяти играли.
-Когда я был большим, - начинал брат, - я ездил на огромной красной машине, виу-виу-виу. ШШШШШшшшш, -шипел он, дёргаясь, как под током и держа в руках воображаемое нечто, которое таскало его по всей комнате, а он орал не понятные нам слова.
Он пытался куда- нибудь залезть повыше, и полить оттуда водой, ну если никто не видит, конечно. Он всё пытался полить водой. Ему за это доставалось естественно.
С ним, маленьким. невозможно было ездить на природу, при виде открытого огня, он орал как бешеный, и просил затушить. А иногда из него сыпались незнакомые мне слова, если его не слушали и костёр не тушили.
-Это матерки, - со знанием дела говорила сестра, - я тоже знаю один, тварина...
Конечно же его никто и не собирался слушать,и чаще всего не поддаваясь ни на какие уговоры, он получал по попе, смачных поджопников, отчего начинал орать ещё больше, до посинения.
В целом же это был нормальный, обычный ребёнок, пока дело не касалось открытого огня.
Переборол он этот страх только в армии(ну он так говорит, на природе костры не жгёт, шашлыки ест только уже приготовленные, кем то).
-Когда я была большая, - подхватывала я, я танцевала, много- много. Там было море цветов, белых, много, больше чем много. Большой белый дом, а я танцую...одна...
-Тебе было страшно?- спрашивает сестра, - ты одна, в большом белом доме?
-Нет, пожимаю я плечами, я танцую для Него...
-Для кого, Мавруш,- это обычно была мама.
-Не знаю...не помню...- силилась я вспомнить, для кого танцевала, но к сожалению кроме цветов и стен из белого камня с розовым отливом, я ничего вспомнить не могла, со временем мои яркие картинки тускнели...
-Когда я была большая, у меня были козы, и коровы, - говорила сестра, - и мальчик, помнишь, Мавруша, я тебе его приносила, когда ты танцевала для Него, в большом белом доме, помнишь? Толстый, кудрявый красивый мальчик, это был мой сыночек...
Взрослые записывали за нами наши игры...
Однажды к маме, когда мы все были у дедушки и бабушки в гостях, пришла её подруга детства, со своей дочкой.
Мы начали свою любимую игру.
Сестра пытала меня, как зовут её толстого, кудрявого сына, которого она приносила мне, когда я танцевала для Него, а я всё никак не могла вспомнить ни сестру, ни её сына...
Брат пытался залезть на окно, чтобы потушить воображаемый огонь.
Дочка маминой подруги смотрела на нас, как на дураков с одноимённой планеты, её мама, заглянувшая к нам, так и встала с открытым ртом...
Но, дети быстро понимают друг друга, так и дочка маминой подруги включилась резво в игру.
Она села на попу, попытавшись закинуть себе ноги на плечи, и начала громко квакать
-Кккуа, кккуа, - орала она на весь дом, - когда я была большая, я была жаба, кккуа, ккуа...
-Царевна- лягушка, царевна - лягушка, - заорали мы с сестрой, и начали толкать упирающегося "пожарника", мигом превратив его в принца, чтобы он поцелуем расколдовал жабу.
Принц шипел, свистел и извивался, жаба квакала, танцовщица танцевала, а мать качала своего воображаемого купидона, отгоняя ногой увязавшуюся за следом козу, которая всем виделась кошкой.
-ККккуа, кккуа, пшшшшшшшшш, ля-ля-ля-ляяяяя, баю-бай...
Мамина подруга странно на нас косилась, и вроде что- то шептала, может молитвы, а может наказывала своей дочке не водится с такими дебилами, как мы...
Постепенно эти игры наши сошли на нет, и мы забыли об этом. Пока однажды, когда мы были летом в гостях у бабушки, дрыхнувшая без задних ног я, ни была разбужена своей сестрой.
-Нея
-Что не ты,- я ничего не понимала
-Нея, тебя звали Нея, а моего сына Леонид...
Я про это вспомнила только когда приехали домой, и рассказала маме. Мама достала старые тетради с коричневыми и чёрными обложками, и начала читать мне записи, они так и назывались, Когда они были большими
Иногда мне снится худенькая девушка с распущенными волосами, она танцует в большом белом здании...
На днях сестра скинула какой - то шутливый тест, что- то типа кем ты был в прошлой жизни
Я была танцовщицей, сестра царской кормилицей, а брат не хочет проходить тест, и обзывается дурамиздоровымиуматакиненажившими.
***
-Это матерок, - говорит сестра, - я тоже знаю один, или несколько, ну ладно, много...я научилась, а ты?
-Чему доброму, как сказала бы бабушка, - смеюсь я , вытирая слёзы, ведь она не видит, мы разговариваем по телефону, - я тоже...научилась.
-Приезжай...я скучаю.
-Ладно...
Где-то там, в наших воспоминаниях, маленькая девочка танцует свой танец, вторая малышка кормит воображаемого ребёнка и поёт ему песни, а мальчишка всё тушит кем -то созданный пожар...
Ваша Мавруша.