Бывший генеральный директор «Спартака» Роман Асхабадзе рассказал о том, что красно-белые веди переговоры с тренером Антонио Конте, который с 2011 по 2014 год возглавлял «Ювентус».
– Вы рекомендовали «Спартаку» Антонио Конте. Знали его лично?
– Нет. Через общих знакомых попросил связаться. Прежде выяснил, что у Конте проблемы в «Ювентусе». Пока никаких объявлений – но решено, что через два месяца расстаются.
– Как Конте отреагировал на интерес «Спартака»?
– Да отлично! Решили встретиться, я сообщил об этом Леониду Арнольдовичу [Федуну]. Вдруг столкнулся со скептической реакцией.
– К назначению Конте?
– Да вообще к идее встретиться. Говорим: «Давайте докажем на деле?» Видите – и с Эмери он сомневался, и с Конте.
– Встреча состоялась?
– То ли в Ницце, то ли в Монако. Конте специально приехал на машине из Италии. Леонид Арнольдович тоже с нами был.
– Как сложился разговор?
– Мне Антонио очень понравился! Четкая позиция, конкретный разговор. Объяснял, как играет. Просто заслушаешься. Но и хватка видна.
Я все думал: «Вот у него с дисциплиной в команде точно порядок». Там Конте был бы фигурой номер один. Для России – важнейший нюанс.
Мы не дошли до обсуждения финансовых условий. Встреча чисто ознакомительная. Одного я не понял – почему бы не спросить Конте про зарплату? Хотя бы из вежливости?
Посидели, хорошо поговорили – а в конце поинтересоваться: сколько человек хочет? Ну, назовет 10 миллионов. Пожмешь руку: «Спасибо, до свидания». Таких денег у нас близко не было.
– Неужели не выяснили для себя, сколько стоил Конте?
– Выяснил. Отвечу так – весь контракт Якина обошелся «Спартаку» миллиона на два меньше, чем могло быть с Конте.
Вдобавок я еще на встрече объяснил: «Мы строим стадион, акционер тратит огромные деньги. В этом году просядем». «Понимаю, в Европе то же самое...»
Конте был готов работать с той командой, которая есть. Трансферов в течение года не просил. Все устно проговорили!
– Но...
– Тема даже не дошла до совета директоров.
– У вас есть ответ – почему Конте не рассматривали?
– Наверное, подумали, что слишком накладно. Но «подумать» – это одно. «Спросить» – другое, – рассказал Асхабадзе
