любишь так, как можно, наверное, только подростком. с головой, напролом, так, чтобы вымещать потом бессильную злость на стадионе — хоть похудею, — бессмысленно наматывая круги, а потом возвращаешься с мыслью о том, что проще на куски себя рвать, растереть сердце в мелкую крошку, чем вытравить тебя из головы. и самое дурацкое во всём этом то, что ты-то и не мудак совсем. да, прицепился, зараза, так, что не отдерёшь. да, любовь к тебе — гремучая смесь придурковатости и отчаянного мазохизма. да, ты и сам-то вот так вот тонешь совершенно в другом человеке, хоть этого и не признаешь. с тобой бы встречать рассвет, когда на лишние разговоры тянет больше всего, попивать чай без сахара с дешёвой шоколадкой и покорно любоваться тем, насколько же ты в неё влюблён, насколько она тебе походит, насколько она, дурочка, влюблена сама, но боится непонятно чего. даже мне смотреть почти жалко. жалко, но только почти, так что я, конечно, ничего вам не скажу. помучайтесь, гады, вместе со мной. ладно,