Кому-то может показаться, что в условиях Второй мировой войны, когда даже кавалерия показала свою неэффективность, использование оленьих упряжек — дикий анахронизм, на который советское командование пошло, наверное, от безысходности, вызванной нехваткой современного транспорта. На самом деле — ничего подобного, наши северные олени зарекомендовали себя на войне самым лучшим образом. А участвовало их в транспортном обеспечении Советской армии в годы войны около 10 000 голов, которыми управляли военнослужащие из числа малых народов Севера, в основном ненцы и коми, численностью около тысячи человек.
Секретное решение о создании оленно-транспортных военных частей было принято Ставкой Верховного Главнокомандующего осенью 1941 года. Первоначально предполагалось, что оленные батальоны будут использованы для обслуживания Карельского фронта. Линия фронта протяжённостью около 1000 километров пролегала от Баренцева моря до Ладожского озера в условиях тундры, тайги, болот и почти полного бездорожья. Оленьи упряжки и погонщики-каюры из числа местных жителей в таких условиях оказались просто незаменимыми.
Статистика использования оленно-транспортных батальонов впечатляет: более 10000 вывезенных с передовой раненных солдат, около 20 000 тонн (!) доставленных на фронт боеприпасов, 8000 доставленных на передовую новобранцев. Особенно впечатляют воспоминания ветеранов о разведывательно-десантных операциях с использованием северных оленей. Оленей использовали как прикрытие: пока немцы и финны любовались рогатыми тундровыми красавцами, разведчики проникали на вражескую территорию.
Ближе к концу войны оленно-транспортные батальоны, доказавшие свою эффективность в условиях Севера, стали использовать на других фронтах. Зимой 1945 года оленьи упряжки стали появляться в совсем уже неожиданных местах: Польше, Чехии, а потом и в Германии. Отважные каюры стали перевозить солдат и военные грузы в составе 4-го Украинского фронта. Пригодились, как пел через 30 лет несравненный Кола Бельды, «… а олени лучше!».
Владимир Царан.