После смерти Абдулманапа Нурмагомедова неопределенность нависла над будущим его сына Хабиба. Ближнее окружение чемпиона UFC в легком весе не исключает, что тот может завершить карьеру в связи с потерей отца и тренера.Попробуем разобраться , настал ли для Хабиба момент уходить из спорта.
Уйти непобежденным
Хабиб Нурмагомедов — это яркий пример того, как боец без выдающихся природных качеств и таланта сделал себя сам. Если посмотреть на того же Джона Джонса, который уже родился феноменом, то становится понятно, что американца с самого начала ждала другая судьба, где больше послаблений и, наверное, радости. Тем дороже для Хабиба то, кем он сейчас является. Пройти через нескончаемые проблемы со здоровьем и фактически лишиться стимула продолжать, а потом набить идеальный рекорд 28-0, раскрутиться в медиа до космических масштабов и стать одним из лучших бойцов в истории...
И всего этого он добился только благодаря отцу. Причем это не сентиментальности в духе тех, что бойцы рассказывают, утверждая, что всем обязаны матери, работавшей 24 часа в сутки, или жене, мотивировавшей продолжать выходить драться. Хабиба в прямом смысле сделал Абдулманап Нурмагомедов, заставляя и где-то даже принуждая стать профессиональным спортсменом. В молодости будущий чемпион UFC был близок к тому, чтобы закончить карьеру и начать работать охранником. Отец не позволил и, как признавался уже потом, титул и успехи Хабиба стали для него главным достижением в жизни. «Я сам тебе скажу, когда ты устанешь», — повторял Нурмагомедов-старший на тренировках.
«Он и раньше говорил, еще до завоевания пояса чемпиона: «Как только я заберу титул, я уйду». Тебе больше нечего доказывать», — рассказал напарник Хабиба Джош Томсон.
Воля отца
Есть также глупое распространенное мнение о том, что Абдулманап Нурмагомедов, с детства заставляя Хабиба драться, преследовал исключительно корыстные цели. Ведь Хабиб действительно стал невероятно богат, а значит, и его отец. Но это не то богатство и не те способы им распоряжаться, что характерны для большинства людей. До конца своих дней Нурмагомедов-старший жил в Дагестане, тренируя, строя и развивая республику. Роскошь была ему чужда, даже в обыденных ситуациях он просил не называть его «мистером» и не любил мегаполисы, отдавая предпочтение горам.
«Мне кажется, так быстро летит время. Третий год я начинаю думать о детских садах, школах — не хочу больше тратить деньги впустую. Я бы хотел, чтобы они пошли на дороги, мосты — то, что будет приносить пользу и будущему поколению и мне после смерти», — говорил он.
Не просто так Абдулманап Магомедович часто намекал, что Хабибу осталось провести всего несколько боев, после чего он наверняка завершит карьеру.
Хотя Хабибу только 31 год. Этот возраст — ничто для профессионального бойца. Даниэль Кормье, например, говорил, что значительнее всего возраст начал сказываться на его подготовке только после 40. Но старший Нурмагомедов тем не менее настаивал, что его сын так долго и много драться не будет. И не дрался ведь: за три года Орел провел всего четыре боя.
Потому и странно в связи со всем этим думать, что Хабибу непременно стоит принять бой с Джастином Гэтжи и выходить в октагон дальше только из-за того, что этого якобы хотел его отец, ради его наследия. Абдулманап Нурмагомедов хотел, чтобы его сын всегда был в хорошей форме и продолжал тренироваться, даже когда он сам лежит в тяжелом состоянии в больнице. Наверняка он хотел еще и лучшего будущего для Хабиба и совершенно точно не позволил бы ему рисковать здоровьем. Возможность реализоваться в другом амплуа у Хабиба еще точно будут.