В последние сутки во Франции сменилось правительство, пришёл новый премьер-министр и набрал новую команду министров. В принципе, уже по этому поводу, кто-то сказал: - сколько бы вы не пересаживались, а в министры не годитесь. Таким образом большинство министров просто поменяли свои места и остались в этом правительстве.
Однако хочу отметить двух новых министров. Избрание этих юристов, «антифеминистов», по мнению певицы Камелии Жордана - это плевок в лицо всех, конечно, французских женщин!
Первый из них шестьдесять девяти летний Ерик Дюпон-Моретти, стал министром юстиции, он по отцу француз, по матери итальянец, соответственно имеет два гражданства Франции и Италии. В своё время будучи адвокатом, он оказывается защищал насильника и его оправдали.
Другой тридцатисемилетний Жеральд Дарманин занимает пост министр внутренних дел. Он по отцу еврей, почему и фамилия его звучит по-русски Дарманин. Мать его алжирка, это конечно, насторожило депутатов, во время первого ознакомления в парламенте.
Там он сказал, что у него дед в Алжире был на службе во французской полиции, потом в сопротивлении защищал Францию и, что кроме имени Жеральд, у него есть второе мусульманское имя Муса. Там же, в парламенте он отметил, что ислам является серьёзной угрозой для республики.
Но не успел он уже прийти в свой кабинет, как за ним пошёл шлейф, что он находился под следствием за попытку изнасилования. Но, как сказал новый премьер-министр - это не препятствует ему занимать такую должность. Сам же Дарманин в интервью, сказал, меня три раз на суде оправдали – это значит я не имею никакого отношения к такому обвинению.
Примечательно, что у этих юристов в биографии есть одно общее, объединяющее, их матери были уборщицами.
Есть ещё одна примечательная особа, бывшая пресс секретарь правительства, «громоотвод» президента Макрона, активная участница его предвыборной компании. Эта сорокалетняя сенегалийка Сибет Ндяйе, буквально перед назначением в правительственную должность в 2016 году, конечно, не без участия Макрона, стала француженкой, сохранив второе гражданство.
В период перестановки правительства, несмотря на многочисленные предложения остаться в Елисейском дворце, она покидает Макрона. Причин для принятия такого решения много, но как сама объясняет - она хочет посвятить себя своей семье. Я не сомневаюсь, она достаточно заработала себе на безбедную жизнь, об этом я расскажу ниже.
Надо сказать, что с первого дня её поступления на службу, как пресс-секретарь Макрона, на неё обрушилось куча рассисткой критики из-за её высокой пышной африканской причёски, из-за её разноцветной национальной одежды. Она выступала вся разлохмаченная в цветастых африканских костюмах. Естественно, как умная женщина, после критических замечаний, стала одеваться более менее по- европейски, а свою буйную причёску немного усмирила, подобрав свои лохмы на затылок.
Во время эпидемии, чтобы защитить Макрона, оправдать кризис и дефицит масок она бросила клич, что для здоровых людей маски не нужны, они бесполезны. Сама на свои выступления приходила без масок, утверждала, что все больницы полностью снабжены оборудованием, маски поставляются нормально и нет никаких проблем.
В тоже время в больницах не хватало медицинских масок, персонал погибал, спасая больных от корона вируса. Не говоря уже о простом населении, которые по примеру Ндяйе тоже ходили без масок, заражались, распространяли вирус и заболевали.
Ещё в марте она сразу доложила, что Франция заказала два миллиарда масок из Китая, но эти маски так не пришли. Как потом оказалось, что самолёты с масками для Франции, перехватывают американцы, оплачивая наличными прямо в аэропортах Китая. Постепенно забыли об этих миллиардах и опираясь на собственные силы, начали производить маски все кому не лень, начиная от частников и кончая модными ателье известных кутюрье.
Но когда зафиксировали цену и разрешили продавать маски в аптеках, а после и в крупных магазинах и супермаркетах, сразу же появились дешевые маски, доступные всем, несмотря на то, что в больницах всё равно не хватало масок.
Я это понимаю очень просто: бизнес есть бизнес. Государство не распоряжается бизнесом и не может его контролировать. Даже если он выделяет кредиты тем, которые должны поставить маски. Тогда как же он, бизнесмен заработает, если он поставит товар в больницы и магазины, по той же цене которую он купил в Китае?
Значит всё, не только маски, но и различное оборудование, которые всё-таки приходили, самолёты иногда показывали по телевидению - груженные машины уходили под сопровождением в определённые больничные склады. Но, кроме членов правительства, никто не знал, куда они деваются, таким образом маски исчезали, в больницы не попадали. И наконец, когда получили разрешение на продажу с определенной ценой, маски сразу появились, то что было куплено за юани стали продавать за евро.
Кстати, сейчас как обстоят дела с масками?
Очень просто, маски никому не нужны, потому что каждый город, начал распространять населению эти штуки по почте, их бесплатно выдавали везде: на вокзалах, на предприятиях. А те, кто делал маски дома, думая на этом что-нибудь заработать, теперь прогорели, не знают куда их девать.
Никто не покупает их дорогие, красивые маски, народ покупает одноразовые маски, применяет по надобности многократно или их просто выкидывает, когда выходит из общественного транспорта, работы и магазинов.
Вот коротко о том, как история с масками, дала возможность заработать, таким как Сибет и повлекла смену правительства.
Ведь не зря эти маски врачи называли оружием, а себя солдатами и, защищая народ от вируса гибли, пока правительство на этом не заработало деньги.
Теперь надо ещё немного подождать, чтобы узнать о процессах по поводу масок и обвинения против членов бывшего правительства.
Поэтому, демократия во Франции в полном смысле слова - это нехватка послушных кадров.
Правительство набирает подозрительных людей, с двойным гражданством по их лучшим качествам верному служению отчизне.