Рассказ о жизни в женском монастыре.
8. С чаепитиями тут все не так просто.
Утром я раскрашивала деревянные пасхальные яйца. Хотела научить этому Вику, но она куда-то убежала. Вера была на утренней службе. Её каждый день благословляли петь на клиросе, потом она еще занималась пением с сестрами, ставила им «правильное дыхание».
Часа в четыре после обеда, я пошла в трапезную. Это было время чаепития перед вечерней службой. За столом сидели только Вера с Викой. Пили чай с оладьями, оставшимися от завтрака.
Матушка, Маргарита и Олег куда-то уехали еще днем. Других сестер тоже не было видно.
Мы спокойно почаевничали, и Вера пошла в храм, читать вечернюю службу, а я осталась в трапезной. Мне надо было сегодня прочесть две кафизмы из Псалтири и канон. Расписание с послушаниями для каждого вывешивалось на доске в трапезной.
Вскоре приехали матушка, Маргарита, Олег. Они сели пить чай. Поискали оладьи, но не нашли.
Марго высказалась: «Кажется, у нас появилось много хомячков», взяв себе к чаю пряники и печенье.
Меня покоробило от её высказывания, но я промолчала, вернее, продолжила чтение Псалтири.
С чаепитиями здесь не всё так просто. Вроде бы можно пить чай неорганизованно, перед службой, которая начинается то в 16, то в 17 часов. Но мне уже пару раз делали замечание, что я пью без матушкиного благословения. Хотя матушка Фотиния часто отсутствует, или не приходит к чаю.
Марго, например, не ждет никого, а пьет чай, сидя за компом в кабинете, или в трапезной. А я никак не вписываюсь в их график, то приду поздно, когда все уже расходятся из-за стола, а то рано, когда еще никто не пришел. Эта ситуация меня нервирует и я чаще вообще не хожу на чай…
Ужин бывает только после вечерней службы. Она заканчивается в разное время, но не раньше 19 часов. Иногда длится до 20 часов. Для меня ужинать после 20 часов, слишком поздно. Потом трудно уснуть.
Бывает так, что мы все ждем матушку, опаздывающую к ужину, сидя за столом, но она не спешит. В миру это называется неуважением к коллективу, а здесь, наоборот, считается благом подождать, вырабатывая смирение и терпение. Для меня лучше съесть свой ужин перед службой, но так не благословляет делать матушка.
Сплошные неудобства с этим графиком.
В книге про Афонских монахов, которую мы читаем во время трапезы, сказано, что самый страшный грех ослушаться своего старца. А мне это не ложится на душу, потому, что у меня никогда не было старца. Да и почему я должна подчиняться другому человеку? А, если он заведет меня не туда? я думаю, что благой целью «выработки смирения», можно оправдать любое насилие над личностью человека, подавления его воли.
Я думаю, человек, должен слушаться родителей до момента совершеннолетия, а потом жить, как ему велит сердце. Ведь мне Господь дал свободную волю, ум, совесть и Заповеди. Мне не хочется, чтобы кто-то присваивал себе право решать за меня, как мне поступить. Это лишает меня свободы.
Мне не нравится спрашивать разрешения буквально на всё, даже в мелочах.
Моя мама доверяла мне в детстве больше, чем игумения сейчас. Чувствую себя здесь крепостной девкой. Все чаще возникает желание уехать домой.
Держит непонятная ситуация с вирусами.
Комментарии, подписка и "палец вверх" приветствуются.