Как только все закончилось, Яна провалилась в сон. Сон был тревожным, ее мучали кошмары, в которых ее рвали на куски ужасные монстры.
Проснулась она после обеда. Чувствовала она себя больной и разбитой. В голове мелькнула мысль, заявить в полицию. Но как только она дотронулась до телефона, руку пронзила боль. Она молнией пронеслась от плеча до кончиков пальцев. Вскрикнув, она выронила телефон и увидела, что на ладони проступил ожог в форме креста. В этот момент пришло осознание, того что это был не просо какой-то маньяк, а что-то потустороннее, и что полиция здесь ничем не поможет.
Весь день Яна прослонялась по квартире в состоянии прострации. Мозг судорожно пытался найти выход из сложившейся ситуации. Бежать из дома не выход, потому что если это не человек, то он найдет ее где угодно... Попросить кого-то ночевать с ней... Может пострадать невинный человек...
Она включила компьютер, решив поискать варианты в сети... Но и там не нашлось ничего, что бы было хоть немного похоже на ее ситуацию... А тем временем село солнце и сгустились сумерки. Яна почувствовала, как спину обдало холодом, и над ухом раздалось рычание. "Ничего не спасет! Ты моя!", - пронеслось молнией в голове. Но мысль была не ее, она пришла откуда-то извне. Значит, так он будет с ней разговаривать. Не успела она это осознать, как ее резко отбросило в стену, но вопреки ожиданиям она не сползла вниз. А так и осталась висеть. Горло будто сдавила чья-то рука, сделать вдох было не возможно. В глазах помутнело. В тот момент, когда сознание почти покинуло ее, в темноте, прямо напротив глаз, засветились для желтых огонька. Постепенно сгустившаяся вокруг тьма обрела очертания. В это раз это было нечто покрытое густой, жесткой шерстью.
"Избавиться хотела от меня?! За это будет больнее!"
Боль мгновенно пронзила все тело и сознание отключилось. Резкий удар по лицу заставил придти в себя.
"Нет, так легко ты не отделаешься!"
И снова ночь наполненная мучениями, Яну били, царапали, кусали, насиловали морально и физически. К утру, её воля была окончательно сломлена, и даже не возникало мысли бороться, или искать выход. Существовало только одно желание - скорее бы наступило утро и эти мучения прекратились, хоть на время.