И наконец, спустя длившуюся вечность секунду, я выпалил:
– Выходи за меня замуж. – И, не позволяя себе замолчать ни на мгновение, чтоб не дать ей опомниться, я зачастил: – Понимаешь, я жить без тебя не могу. Когда я тебя встретил, ты сказала, чтобы я не портил нашей дружбы ухаживанием. Но это не простое ухаживание, я не играть и развлекаться хочу, я хочу, чтобы ты была моей женой, я семью хочу!! Я прекратил видеть Славушку и понял, как одинок. Ты одна можешь наполнить мою жизнь, с твоей красотой, добротой, с твоей верой! Я хочу, чтобы мы жили вместе и счастливо, хочу, чтобы у нас был ребенок или даже дети, как Славушка и Машенька, только назовем мы их так, как захочешь ты! Может быть, я эгоистичен, не спрашивая тебя, говорю о своих желаниях, – прости, я не умею так любить, как ты, полностью отдавая себя, во мне нет столько веры, сколько в тебе, но я был бы самым счастливым человеком на свете, если бы ты согласилась научить меня хоть чуточку стать похожим на тебя. Со своей стороны я обещаю тебе, что буду изо всех сил стараться облегчить тебе этот труд, заботясь о тебе и деля все печали пополам!
Она не была шокирована, вопреки моим ожиданиям. Мои пылкие речи она выслушала довольно спокойно, только едва заметный румянец тронул ее щеки.
– И радости, – поправила она, когда я замолк.
– Что? – не понял я.
– В супружеской паре радости тоже пополам.
– Так ты согласна?..
С загадочной улыбкой отведя глаза в сторону, она сказала:
– Не знаю. Мне надо подумать. До свидания. – И, как-то по-особому мельком взглянув на меня, она повернулась и плывущей походкой ушла в сторону колокольни, туда, где располагалась ее каптерка.
С пересохшим от волнения горлом я стоял и пытался успокоить бешено колотящееся сердце. Ее реакция вроде бы указывала на то, что сказанная ей фраза была лишь данью женскому кокетству. Однако я не мог быть в этом абсолютно уверен. Все, что мне оставалось, – только ждать...
Спустя пару дней я как бы ненароком решил пойти с работы именно этой дорогой, через парк, хотя так было дольше, и погода явно не подходила для прогулок. Достигнув церкви, я остановился чуть в стороне и стал глядеть на ее здание и купола. Не могу сказать точно, что я там надеялся высмотреть: может, просто ждал, что вот-вот откроются ворота, и навстречу мне, как в сказке, выбежит Машенька, на ходу радостно сообщая о своем согласии...
Вышло же все несколько иначе. Постояв минут десять под моросящим дождиком, я заметил, как из храма вышел отец Герасим, который, увидев меня, велел подождать и снова скрылся за дверями. Выйдя через минуту, он подозвал меня. В руках у него был пакет с чем-то увесистым.
– Вячеслав, тебе тут Маша передала...
– Маша? А где она сама? – в нетерпении спросил я.
– В храме, молится, – ответил священник. – Она пока к тебе не хочет выходить.
– Как – не хочет... – упавшим голосом произнес я. – Почему не хочет?..
– Не знаю уж, что ты ей сказал, – усмехнулся батюшка. Я был настолько поглощен своими переживаниями, что даже не счел нужным подумать, отчего друг он перешел на «ты» и совсем упустил из виду слово «пока» в его предыдущей фразе.
– Но, – продолжил отец Герасим, – она велела сказать тебе, чтобы ты выучил как следует, на зубок, акафист вот этим двум святым. Таково ее условие, чтобы встретиться. – Раскрыв пакет, он показал мне содержимое: красивая, тонко выполненная икона Благоверных Петра и Февронии.
Это же покровители брака! Значит, она согласна!!!
– А еще, – понизив голос, добавил батюшка, – я бы на твоем месте крепко помолился и восслал благодарение Господу, Христу и Богородице: уж больно хорошая тебе женушка достанется, это я точно говорю. Поэтому – иди, с Богом! – И перекрестил меня.
– Спасибо вам!!! – Как на крыльях, я вне себя от радости тут же помчался домой, учить скорее акафист.
Данная повесть является полностью моим произведением и опубликована под моим именем на Литрес.ру и других площадках.
Спасибо, что дочитали) Ставьте лайки и подписывайтесь, обсуждения приветствуются: мне как автору важно знать мнение читателей)