Автор статьи - Столов Валерий Борисович
Перед фасадом Витебского вокзала возвышается памятник, открытый 1 августа 2014 г., когда отмечалась 100-летняя годовщина начала Первой мировой войны. Он установлен в память военнослужащих русской армии, отправлявшихся в годы той войны из столицы на фронт. Стилизованный под православный крест проем вагона, в котором три человека: кадровый офицер, солдат срочной службы и призванный из запаса резервист бросают прощальный взгляд на город, откуда лежит их путь на войну…
Автор статьи не берёт на себя смелость оценивать архитектурные достоинства монумента, но всегда обращает внимание туристов на то несоответствие, которое он демонстрирует между тщательным отображением деталей воинского убранства и элементами железнодорожной техники. В самом деле: на задней стороне памятника можно увидеть тщательно воспроизведённые образцы оружия, знамён. Видно, что создатели монумента из московской студии им. Грекова хорошо представляют себе, как выглядят эти предметы. И в то же время изображение вагона грешит многочисленными «ляпами». Судя по широкому дверному проёму, подразумевается крытый товарный вагон (так называемая «теплушка»), обычно используемый для воинских эшелонов. Да и кто бы пустил нижних чинов в классный (т. е. пассажирский) вагон, предназначенный для господ офицеров! Но почему тогда прямо под этим проёмом находится двухосная тележка, что характерно именно для вагонов пассажирских? И полнейшим диссонансом выглядят важнейшие детали ходовой части вагона – буксы. Скульпторы, не мудрствуя лукаво, показали современные буксы качения, применяемые лишь со второй половины прошлого века. 100 лет назад они выглядели совершенно иначе…
Думается, что подобную небрежность объясняет слабый интерес, проявляемый в нашей стране к железнодорожной технике и который тем более заметен по сравнению с техникой военной. А ведь наш город – это родина отечественного железнодорожного транспорта. Железные же дороги, в свою очередь, принесли с собой полный переворот во всех сферах жизни общества – от способов ведения войн и до привычек повседневной жизни. Знакомство с их историей способно доставить живейшее наслаждение любому человеку, неравнодушному к нашему прошлому, как «технарю», так и гуманитарию. И сегодня в Петербурге сохранилось немало объектов, способных пролить свет на эту богатейшую историю. В первую очередь – это городские вокзалы, являющиеся наиболее зримыми памятниками железнодорожным линиям, берущим начало в нашем городе. В серии статей автор познакомит читателя с наиболее примечательными страницами их истории, разворачивающейся на фоне тектонических перемен, которые принёс с собой «век железа и стали», и наиболее ярким воплощением которого стала именно железная дорога…
Первая – Царскосельская
Витебский вокзал, с которого начался наш разговор, можно сказать, олицетворяет собой сразу две главы в истории отечественных железных дорог. С одной стороны, будучи построенным в 1904 г., он стал последним из вокзалов столицы империи, сооружённых в эпоху «железнодорожного бума». С другой - на том месте, где он сооружён, с 1837 г. размещалась станция первой в России железной дороги – Царскосельской.
И если о предреволюционной эпохе мы поговорим в другой раз, то сегодня речь пойдёт именно о том, как новый вид транспорта, ставший одним из самых ярких символов индустриальной эпохи, обосновался в нашем отечестве и нашем городе.
Началось всё с того, что в 1834 г. в Россию для работы по Горному ведомству приехал австрийский подданный, чех по национальности, Франц Антон фон Герстнер (чеш. Франтишек Антонин Герстнер). Проехав немало по отечественным просторам, он в начале следующего года подает императору Николаю I записку, содержащую предложение строительства в ней сети железных дорог. Причём автор записки особо подчёркивал, что это не просто посильная задача, но и насущная необходимость, единственная возможность эффективно управлять столь обширной страной, как наша.
Для того, чтобы оценить всю грандиозность данного предложения, надо напомнить, что на тот момент железным дорогам общего пользования (т. е. таким, которые соединяли разные местности, а не предназначались для доставки грузов в пределах одного предприятия, например, рудника) насчитывалось едва ли десяток лет. Первая такая линия, соединявшая города Стоктон и Дарлингтон, открылась в 1825 г. в Англии. Когда Герстнер составлял свою записку, они, помимо Англии, появились ещё во Франции, Бельгии, Пруссии и Северо-Американских Соединённых Штатах. Имелась железная дорога и на родине Франца Антона. Причём последнюю, соединяющую чешский город Будеёвица с австрийским Линцем, он строил вместе с отцом - также профессором механики. На ней использовалась ещё не паровозная, а конная тяга.
Продолжение статьи читайте в нашем электронном журнале «Петербургские прогулки».
Вам понравилась статья? Тогда обязательно ставьте «лайк» и подписывайтесь на канал «Петербургские прогулки», чтобы всегда читать интересные и полезные материалы о путешествиях, туризме и Петербурге.