«…мы должны не только копить
мудрость, но и извлекать из неё пользу».
М. Монтень. Опыты.
Я учился в Ленинградском электротехническом институте (ЛЭТИ) в 60-е годы прошлого века. Стандарты обучения были совсем другие, чем в нынешнее время. Никто и помыслить не мог сдавать зачеты и экзамены за деньги.
Теперь все по-другому. «Около 40% студентов государственных вузов сталкивались с фактами взяточничества преподавателей, которые часто фактически вынуждали платить за возможность успешной сдачи экзамена или сессии. Сумма незаконных поборов иногда достигает внушительных размеров. Так, средняя цена отметки «отлично» составляет в престижных юридических вузах около 80 тысяч рублей. Такие данные обнародовали вчера представители молодежной общественной организации «Правая Россия», которые провели летом 2010 года опрос среди студентов 18 крупнейших вузов Москвы, сообщает «Независимая газета». По сравнению с региональными московские оказались примерно в два раза коррупционнее: о необходимости давать взятку в столичных вузах говорят чаще, да и сами размеры взяток тоже не в пример больше. …
Организаторы опроса уверены, что корень коррупционного процесса кроется даже не столько в низких зарплатах преподавателей, хотя и в них тоже, сколько в отсутствии моральных принципов и в фактическом поощрении взяточничества руководством вузов.
Все эти данные и выводы были направлены в Министерство образования и науки России (ныне разделенного на два независимых министерства- прим. авт.) для разъяснения ситуации и для разработки предложений по борьбе с коррупцией в вузах. Между тем в ведомстве … изданию сообщили, что они «не занимаются коррупцией в вузах», и посоветовали обратиться в правоохранительные органы. (Форум. мск. 24. 11. 2010)
Столь давний пример приведен не из-за отсутствия свежих данных. В интернете их полно. Поразила, вопиющая на мой взгляд, реакция министерства.
Самое страшное даже не то, что оценки покупаются, а то, что люди с молодости привыкают решать трудные проблемы с помощью денежных купюр. И не какие-нибудь простые обыватели, а те, кому в будущем, возможно, придется возглавлять трудовые коллективы, в том числе на опасных для жизни производствах.
И когда перед ними в полный рост встанут сложные технические проблемы, решение их привычными путями с помощью взяток будет приводить к крупным авариям с человеческими жертвами, вроде трагедий на Саяно-Шушенской ГЭС, на шахте «Распадская» или совсем недавняя в организации, подведомственной «Норникелю». Основа закладывается в системе коррупционного образования.
В советское время в вузах бурлило творчество, наука была подлинным магнитом для молодежи. О той атмосфере, утраченной в эпоху погони за деньгами, видимо, навсегда – мои воспоминания.
Наиболее яркий след в студенческой жизни оставили преподаватели по математике, физике, техническим дисциплинам. Они были не только великолепными специалистами, но и блистательными, запоминающимися людьми. Их умение общаться с аудиторией, держать в «руках» зубастую и достаточно дерзкую молодежь, которой не требовалось лезть в карман за словом, искрометное чувство юмора ассоциировалось с незаурядностью каждой личности.
Некоторых просто боготворили, как например, профессора Л. Г. Мерцалова. На экзамен к нему можно было приходить с учебниками, конспектами лекций, с чем угодно, лишь бы студент умел этим грамотно пользоваться. Всеобщий кумир оценивал способность мыслить, анализировать факты. Делать из них правильные выводы.
- Стоп, стоп, - по-моему, меня занесло. Кумиром он был только у сильных студентов. У тех, чьи глаза горели, кто мог спорить, отстаивая собственный взгляд на проблему. Да, я не оговорился. Споры не только дозволялись, но и поощрялись. Так ненавязчиво, наряду с обучением специальному предмету, воспитывался подлинно активный гражданин, способный отстоять свои убеждения не только на экзамене.
Для слабых студентов, еле тянувших лямку с целью получения заветных корочек о высшем образовании, он представлялся неким громовержцем. Одной - двумя фразами мог сразить 10-минутный «лепет» плохо владеющим предметом человека. И хотя всем ставились четверки, каждый понимал, что случился провал.
Но если молодой профессор улавливал биение мысли у юноши или девушки, он преображался. Как умелый эквилибрист поворачивал рассматриваемую проблему то с одного бока, то с другого. Экзамен превращался в дискуссию двух равноправных партнеров. Никому и в голову не приходило одергивать студента, осмелившегося возражать или спорить с профессором.
Бывали случаи, когда экзаменатор благодарил отвечавшего за оригинальный подход к обсуждаемому вопросу. И молодые люди чувствовали - их воспринимают не как «школяров», а как участников совместных исследований.
Как надолго хватает творческого импульса, полученного от крупного ученого, знаю по себе и по тем, кто заряжался им на необычном экзамене. Экзамене, ставшим для некоторых пропуском в такой мучительный и такой сладостный мир науки, мир открытий и мир разочарований. Именно тогда воплощалась установка на то, что «студент не сосуд для накопления знаний, а факел, который нужно зажечь». Но чтобы зажечь - и самому нужно гореть. Возможно, огонь был передан как «эстафетная палочка», когда в недалеком прошлом и самому профессору пришлось выдержать непростое испытание.