Двадцать один год Елена не снимала черного платка. С тех пор как погиб единственный сын: ее любовь, надежда и радость. Мир качнулся и потускнел на долгие годы в одно мгновение. Была уверена: если бы Виталик послушал ее в тот вечер и остался дома, ничего бы не произошло.
Просила сына, как никогда. Куда ехать, зачем? За окном дождь захлебывается, темень, хоть глаз выколи. Виталик же в ответ, как загипнотизированный: должен Галю с работы забрать, как она пешком в такую погоду доберется?
Что Лене до той Гали? Девушки из многодетной семьи, где беднота гуляет. У нее есть родители, пусть о своем ребенке и заботятся.
- Мама, зачем ты так о Гале? Ты же знаешь, она - не такая. А на работу должна идти, у нее мать больная. Галя - старшая, деньги нужны. А где в селе особенно работу найдешь?
- Откуда ты знаешь, какая она? Думаешь, ты один у нее? Вот недавно соседка говорила, что имела твоя Галя парня из соседнего села. К свадьбе готовились, но чего-то он ее бросил. Еще говорят, что она – беременна.
- Мама, не смей ... Я не буду ничего слушать и тебе не советую. А ребенка Галя ждет от меня. Поэтому на днях мы распишемся, а позже и поженимся.
У Елены дар речи отняло. Вот тебе и Галочка. Закрутила сыну голову, а теперь еще и неизвестно, чье дитя хочет Виталику подсунуть.
И слушать ее уже было некому. Сын хлопнул дверью и исчез в вечерней темноте. Сквозь грохот грома Елена услышала, как неохотно завелся Виталиков старенький мотоцикл.
Заплакала. Из жалости к себе, от бессилия что-то изменить. Чего оно так в ее жизни? Виталику еще и пятнадцати не исполнилось, как умер муж. Хорошим был Николай, трудолюбивым. Первым столяром, каменщиком, маляром на селе. О таких говорят: мастер на все руки.
Они, эти руки, и возвели Николая в могилу. Подсобил, кому в одном доме - налили сто граммов, в другой - двести. Человеческие "благодарения" и укоротили возраста. Не раз упрекала: лучше бы деньги брал, в хозяйстве пригодились бы. Но у мужчины кто кум, кто брат, сосед или друг. Теперь они все живы – здоровы, женам, детям помогают. А она с сыном - одна.
Упоминание о Виталике снова опечалило душу. Хороший у нее сын, на учителя выучился, физкультурник. Дети в школе за ним толпой ходят. А Галя? Ни красоты особой, ни образования. Едва школу закончила, и пошла в бар пьяницам пиво разливать.
Надеялась, между Виталиком и девушкой все это - несерьезно. Так, встретились несколько раз. А он вон выдал: Галя ждет от него ребенка. И Елена в это не очень поверила. Конечно, с подобными хитростями как отхватить хорошего парня? Деньги зарабатывает, не пьет, не курит - находка, а не мужчина.
За окном лило, как из ведра. Умом Елена понимала: сын взрослый, имеет право сам выбирать, как жить. Но разве материнское сердце может желать родному ребенку чего злого?
Не могла уснуть. Стрелки часов уже пересекли север, постоянно приближая утро. Как Виталик так может? Развлекается, а она волнуется. Поэтому когда скрипнула калитка, стремглав бросилась к двери.
- Виталик ...
- Это я, тетя Лена - на пороге стоял испуганный товарищ сына. - Только не пугайтесь. Виталика с Галей снесло с дороги в канаву. Скользко. Их уже увезли в больницу.
- Они живы?
- Живые, только очень избиты. Я сам не видел, люди говорили. От мотоцикла только металлолом остался.
Не слушала этих страшных подробностей. Бежала к соседу просить, чтобы завез ее, скорее в больницу.
В реанимацию к сыну Елену не пустили. Умоляла врача сказать, есть ли хоть маленькая надежда?
- Организм молодой, но травмы тяжелые, - так и не услышала ничего конкретного.
Кто-то еще плакал в углу.
- Какая беда, сваха, какая беда ...
- Сваха? Оглянулась. А это - Галина мать. Елена сначала даже не поняла, что она так к ней обращается.
- С каких это мы родственники? - ответила резко. Отошла подальше, не хотела с этой женщиной даже стоять рядом.
К утру Виталика не стало. Сын так и не пришел в сознание.
Эта мука, этот боль. Если бы Елену резали по живому, наверное, было бы легче. Какие-то люди ходили по комнате, что-то говорили о похоронах. Не верила, что больше никогда не увидит своего сына.
Сквозь слезы Елена твердила одно: это она, Галя, во всем виновата. Если бы не поехал Виталий за ней в тот вечер, был бы жив. Видела же, что на дворе ливень, сельские дороги, как после войны - одни обрывы и ямы. Еще и мать Гали, "сваха", пришла посмотреть на ее гoре. Просила, пусть лучше уйдет со двора. Ненавидела эту женщину вместе с ее дочерью. Не нужно Елене их сочувствие.
Галя выжила. И, как ее мать, посмела появиться во дворе у Елены.
- Уйди с моих глаз. Иди лучше, я за себя не ручаюсь.
Я любила Виталика. И этот ребенок - от него. Внук ваш или внучка будет. Но вы успокойтесь. Я пойду…
Кто-то передал Елене, что Галя родила девочку. А ей что? Той, которая свела в могилу сына. У нее только одна радость, когда приснится Виталик. И вечное горе, потому откроет глаза, а сына - нету.
В своей печали сторонилась людей. Жила с того, что продаст с огорода, со двора. Каждый день ходила на кладбище, на разговор к сыну.
Вот издалека заметила у могилы женщину с ребенком. Кто бы это? Подошла ближе Галя ... И девочка, рыженькая, как ее мама. Елена подняла с земли палку, постучала о деревце. Чего тревожат ее сына? Галя с девочкой шарахнулись. Отошли молча.
Елена стала еще более замкнутой. Ходила, как призрак: в черном платье, черном платке, не общалась ни с кем, разве с почтальоном, когда та приносила пенсию. Не меняла черной одежды даже на Пасху.
А здесь приснилось Елене ... Виталик, веселый, улыбающийся, обнимает ее и говорит так ласково:
- Вы переоделись, мама. Смотрите, что я вам принес.
Вынул из пакета ее давний, еще девичий, костюм. И белый, усеянную разноцветными цветами платок.
- Зачем мне это все, сынок? - удивлялась во сне.
- Как? Разве вы не слышали? Моя дочь, а ваша внучка выходит замуж. Вот я и принес вам одежду - на свадьбу.
Проснулась Елена в непонятной тревоге. Какая внучка, свадьба? Неужели Галя до сих пор не дает покоя?
Следующей ночью сон почти повторился. Вот только Виталик ее печальный: разве не послушаете меня, мама?
В тот день Елена впервые за долгие годы заглянула к соседке. Расспрашивала соседку: что в селе происходит, какие новости? Кто умер, родился, женится?
- Ой, видимо, тебя, Елена, одно интересует. То, что Галя, с которой твой сын когда-то гулял, дочь замуж выдает. Внучку твою. Правда, ты об этом знать не хочешь. А девочка даже на тебя немного похожа. Еще Ленкой, как тебя, зовут. Зря ты, Лена, от внучки отворачиваешься. Вот бери молодых к себе жить, а то у Гали, которая принимает зятя, тесно. Им - дом, а тебе помощь будет.
Соседка еще долго рассказывала сельские новости. Но самое главное Елена уже знала.
Через две недели шла Елена деревней. В новом трикотажном костюме - в город за ним ездила. Здоровалась приветливо с прохожими. Что это могло случиться с ней, что, наконец, сбросила с себя черную одежду?
Елена шла, раздавая налево и направо улыбающийся "добрый день". Рассматривала вдоль сельские улицы. Несла в руках огромный букет ландышей. Когда –то посадила несколько кустиков в цветнике. Они разрослись по всему саду.
Неподалеку, через несколько домов, играла свадебная музыка ...