Найти в Дзене
Raut Route

Мы будем жить теперь по-взрослому? Что роднит меня с Далай-ламой XIV

Размышления о совести и роли религии в её формировании. Когда мне исполнилось 14, я оказалась в чужом городе, в новом классе, где у меня долго не было друзей. Вечера приходилось проводить за телевизором, показывающим одинаковые нудные новости по двум одинаково нудным каналам. Коротая время, я бесцельно водила карандашом по бумаге, зарисовывая первое, что попадалось на глаза. Например, картинки из оказавшихся под рукой газет. Однажды моё внимание привлёк портрет. Подпись сообщала, что это Далай-лама XIV. Я не знала, кто это такой, но что-то в лице, в глазах показалось таким близким, что мне почему-то захотелось его нарисовать. А когда всё получилось на удивление неплохо (при том, что это был первый портрет в моей жизни), мне почему-то захотелось его сохранить. На заглавном фото — не моя работа. Моя осталась в том городе, где я тогда жила и в который периодически возвращаюсь. Но каждый раз, когда я заглядываю в архив (а портрет лежит в нём на видном месте), я удивляюсь: что заставило 14-

Размышления о совести и роли религии в её формировании.

Когда мне исполнилось 14, я оказалась в чужом городе, в новом классе, где у меня долго не было друзей. Вечера приходилось проводить за телевизором, показывающим одинаковые нудные новости по двум одинаково нудным каналам. Коротая время, я бесцельно водила карандашом по бумаге, зарисовывая первое, что попадалось на глаза. Например, картинки из оказавшихся под рукой газет.

Однажды моё внимание привлёк портрет. Подпись сообщала, что это Далай-лама XIV. Я не знала, кто это такой, но что-то в лице, в глазах показалось таким близким, что мне почему-то захотелось его нарисовать. А когда всё получилось на удивление неплохо (при том, что это был первый портрет в моей жизни), мне почему-то захотелось его сохранить.

На заглавном фото — не моя работа. Моя осталась в том городе, где я тогда жила и в который периодически возвращаюсь. Но каждый раз, когда я заглядываю в архив (а портрет лежит в нём на видном месте), я удивляюсь: что заставило 14-летнюю девчонку, у которой по идее должны быть совсем другие интересы, обратить внимание на старого монаха, являющегося — теперь-то я это знаю — земным воплощением Будды Сострадания и духовным лидером всех буддистов Тибета.

-2

Сегодня, 6 июля 2020 года, Далай-ламе XIV исполняется 85 лет. Кстати, его день рождения — это единственный буддийский праздник, который отмечают по европейскому календарю.

Согласно буддийским верованиям, все жившие на земле Далай-ламы — это одно и то же высокоразвитое существо, перевоплощающееся после физической смерти в теле одного из новорождённых.

«Маленькие дети, которые являются перерождениями, обычно помнят вещи и людей из своих предыдущих жизней, — рассказывал Его Святейшество в книге «Моя земля и мой народ». — Некоторые из них могут читать религиозные тексты, хотя их никто ещё не учил этому».

Несмотря на то, что Далай-лама XIII, умерший в декабре 1933-го, оставил подробное описание места своего следующего рождения (что, кстати, впоследствии подтвердилось), на поиски его нового воплощения ушло четыре года. Ещё три понадобились на проведение испытаний, переговоров и переезд. И наконец, 22 февраля 1940 года пятилетний мальчик Тэнцзин Гьямцхо был возведён на престол и провозглашён главой всех тибетских буддистов.

Затем были годы обучения. Его Святейшество изучал «пять больших» и «пять малых наук». Первые — это буддийская философия, логика, санскрит, медицина, тибетское искусство и культура. Вторые — поэзия и словесность, астрология, музыка и драматическое искусство. После сдачи экзаменов в присутствии 20 тысяч учёных-монахов 24-летний Далай-лама получил высшее звание Доктора богословия. Это было в 1959 году.

-3

А в 2012-м мир облетело, как его тут же окрестили, «эпохальное заявление Далай-ламы о ненужности мировых религий». 10 сентября Его Святейшество написал на своей странице в Фейсбуке:

«Все мировые религии, придавая особое значение любви, состраданию, терпимости и прощению, могут способствовать развитию духовных ценностей, и делают это. Но реальность… такова, что привязывание этики к религии более не имеет смысла. Поэтому я всё больше убеждаюсь в том, что пришло время найти способ в вопросах духовности и этики обходиться без религий вообще».

Некоторое время спустя это высказывание добралось (не могло не добраться) и до меня. И опять, как тогда, в 14 лет, что-то в нём показалось мне таким близким…

Я уже давно думала о чём-то подобном: о совести и роли религии в её формировании. И уже давно считала, что, когда люди руководствуются в своих поступках не родительскими (читай религиозными) запретами или указаниями, а собственными внутренними установками (читай совестью), это значительно более ценно, поскольку означает, что они перешли на более высокий уровень духовности. И всё же сомнения оставались…

А тут вдруг сам Далай-лама, лидер миллиардов буддистов, подтверждает: что религия больше не является духовной и этической основой общества, что человечество повзрослело и ему для самосознания уже не нужны догматы, запреты и страх наказания. Надо ли говорить, что я ликовала! И ждала, что вот-вот произойдёт что-то грандиозное — переход человечества на новую ступень развития или, на худой конец, наш первый контакт с внеземной цивилизацией )).

… Как мы откатились назад, не знаю. Но то, что сейчас мы оказались опять в самом начале XX века, — факт. С энтузиазмом движемся в этом направлении дальше. И, боюсь, скоро реально вернёмся в Средневековье.

Вероника Маанди

P. S. О том, а не может ли религия, напротив, пробуждать в человеке жестокость, я размышляю в статье «Святой Георгий не убивал змия».