Голова в траве: начало, назад
По адресу заслуженного пенсионера нашёлся перепуганный, ещё и несовершеннолетний племянник, довольно настойчиво втирающий оперативникам, что он вообще не при делах и просто зашёл к любимому дяде. Ну, это-то легко будет проверить.
Очень бледная, полупрозрачная кожа, как свидетельство отсутствия привычки подниматься хоть время от времени на солнечные крыши верхних этажей, и хрупкая худоба — мне даже захотелось подкормить парнишку. Трудно поверить, что дядюшка, обеспеченный под завязку отставной эксперт, не мог обеспечить доступ родственному хлюпику — очевидно, это либо идейный выбор, либо банальная подростковая лень. Врастающие всеми фибрами души в Сеть люди обычно ровно так и выглядят.
Проверив последнюю активность на изъятых серверах, сразу стало ясно, что племянник не только при делах, и ещё как, но и является единственным обладателем доступа. Даже старикан, судя по всему, лишь болтливый теоретик. Проморгал он семейного хакера, или вдохновил, теперь придётся расхлёбывать по полной.
Закрываем паренька, без вариантов. Подозрения на диверсию — самые серьёзные, а в семнадцатилетнем возрасте скидок на такое уже не будет.
Вопреки робкой надежде на чудо, связь по токену так и не восстановилась, и, спешно проверив идею, поняла — да, связь была через изъятые и заблокированные серверы.
Что же, придётся потолковать с малышом поподробнее. Всё железо забрали в лабораторию, и, пока наши аналитики залезли туда по уши, обещая вскоре дать предварительную оценку, вызвала уже осознавшего произошедшее хакера на беседу.
Вид был довольно бодрящийся, но меня не обманешь, надеждой там и не пахло.
— Привет! Поговорим о делах наших скорбных? Не под запись.
Он метнул краткий, недоверчивый взгляд и хмуро кивнул.
— Чем ты занимался, мне скоро и так расскажут в лаборатории. Но ты можешь продемонстрировать готовность к сотрудничеству, рассказав всё сам.
— Что вас интересует?
— Ты серьёзно готов говорить, или так, зубы заговариваешь? Мне нужен результат, и быстрый.
— Я в курсе, как выглядит наказание. Мне это не подходит.
— Умный мальчик.
— Вы даже не представляете, насколько.
— Что же, очень рада, нам такие нужны. Итак?
— Моя «ферма» ботов проникает, то есть проникала, в виртуальные миры, и находила слишком долго зависающих людей, чтобы помочь им выбраться. Особенно актуальна услуга для пользователей вашего нового костюма, в котором можно вообще не понимать, что ты в виртуале.
У меня похолодела спина. Бот? Не может этого быть.
— Ты сам спроектировал ботов?
— Да, конечно. Дядя азам научил, конечно, ну а дальше я уж сам.
— Знаком этот токен? — показала мой заглохший ключ к кандидату № 47. Тот протянул руку ладонью вверх, но я отвела свою. Он усмехнулся:
— По обложке не смогу понять, извините.
— Да, но я не могу дать тебе доступ к коммуникатору, сам понимаешь.
— Похоже, мы в тупике.
— Допустим. Но как ты думаешь, такой токен…
— Кажется, я понял. Вы что, получили его в «Оранжевой аллее»?
— Именно. Ты что-то знаешь об этом?
— Только то, что вы, похоже, сами попались. Застряли в виртуальном мире, и один из моих ботов помог вам выйти. Это он рассказал про бар?
— Да.
— Отлаженная схема, чтобы найти пострадавших и держать с ними связь. Какая ирония! Пытаюсь спасать людей, а вы, владелец крупнейшего поставщика оборудования для виртуала, сами нуждаетесь в моей помощи. Похоже, задолжали мне, не находите?
— Не наглей, малыш. А кто меня туда засунул?
— Ну уж точно не я. Не знаю, почему вам всем там мёдом намазано.
Готова поклясться, что его полудетские глаза даже и не врали.
начало, назад, продолжение...
Читайте мою апокалиптическую повесть "Эпидемия. Дневник",
фантастические рассказы "Очищая планету", "Событие 201",
повесть с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень",
последняя фантастическая повесть: "Моя мама - андроид".