В конце 90-х годов в мире моды появился новый тренд. Вскоре после выхода «Матрицы» известные модельеры стали выдавать собственные творческие интерпретации Нео, Тринити и Морфеуса. Одним из первых был известный дизайнер Джон Гальяно, создавший коллекцию для Christian Dior. Внезапно вернувшаяся мода на 90-е подарила «стилю Матрицы» вторую жизнь. В модных коллекциях от Balenciaga, Louis Vuitton, Balmain, Vetements, Prada и др. в осенне-зимний сезон 2017-2018 гг. стали появляться характерные сочетания: тяжелая обувь, длинные плащи, темные узкие очки, лаковая кожа и т.д. Уличная мода больших городов до сих пор сохраняет эти элементы, оказавшиеся актуальными даже 20 лет спустя.
Во время работы над проектом «Матрица» художнику по костюмам Ким Барретт пришлось нелегко. Работать с образами главных героев нужно было в условиях ограниченного бюджета. Денег на дорогие ткани и костюмы не хватало, поэтому Ким тщательно исследовала каждый отрез, учитывала плотность и фактуру ткани. Комбинезон Тринити был выполнен из стрейчевого пвх. Покрытый лаком, он придавал эффект неуловимости, что и требовалось в сценах с трюками. Легендарный плащ Нео оказался вовсе не из кожи, а из дешевой синтетической ткани, напоминающей шерсть.
Ким Барретт остановилась на этом варианте еще и потому, что ткань оказалась на редкость удачной: достаточно плотная, чтобы выглядеть серьезно, но достаточно легкая, чтобы эффектно развеваться в экшн-сценах, как того хотели режиссеры. Перед съемками Ким Барретт не раз проводила тесты, на которых вместе с оператором решала, какая ткань лучше всего смотрится в кадре. Главным же секретом чарующей атмосферы фильма – является зеленоватый оттенок: Барретт специально тонировала ткань, чтобы соответствовать общей гамме. Дешевизну материала ей пришлось компенсировать кроем. По задумке костюмы главных героев должны были напоминать что-то технологичное, но постапокалиптическое.
Эксперты в мире моды считают, что идея, воплощенная Ким Барретт, в чем-то была отражением духа эпохи. Элементы строгости, агрессии, фетиша – явно присутствовали в умонастроении 90-х. Так что мрачные тона, минималистичность, мобильность, скрытность были тогда явно к месту. Однако сама Барретт скромно признается, что именно таким она и представляла будущее. В чем-то она оказалась права, ведь и современная мода по достоинству оценила то, что необходимо людям третьего тысячелетия.