Ты - нанайка, я - нанаец, Погляди, какой красавец: Глазки-щелки, нос пятном, Голова, как круглый ком. Ветер лишь скользит по роже, А штаны из рыбьей кожи, Из лисицы малахай, Ты руками не махай. Вон у Ваньки нос смешной Сильно острый и большой. Чтоб зимой его согреть, Надо варежку надеть Бог Ивана наказал: Как у филина глаза, Но в тайге им грош цена, Он не видит ни хрена. Я - охотник и рыбак, Сказки сказывать мастак. Амба по лесу бежал, Заяц сильно напужал. На Амуре лед растаял, Говорят, налим залаял. Повстречался мне вчерась Пьяный втютельку карась Я в тайгу с утра ходил, Там я соболя убил. А тебе (хоть пожалей !) Надо много соболей. Вот, когда набью на шубку, Попрошу тогда голубку Моих сватов принимать, Будем пьянку начинать. 1996 г.
Ты - нанайка, я - нанаец,
Погляди, какой красавец:
Глазки-щелки, нос пятном,
Голова, как круглый ком.
Ветер лишь скользит по роже,
А штаны из рыбьей кожи,
Из лисицы малахай,
Ты руками не махай.
Вон у Ваньки нос смешной
Сильно острый и большой.
Чтоб зимой его согреть,
Надо варежку надеть
Бог Ивана наказал:
Как у филина глаза,
Но в тайге им грош цена,
Он не видит ни хрена.
Я - охотник и рыбак,
Сказки сказывать мастак.
Амба по лесу бежал,
Заяц сильно напужал.
На Амуре лед растаял,
Говорят, налим залаял.
Повстречался мне вчерась
Пьяный втютельку карась
Я в тайгу с утра ходил,
Там я соболя убил.
А тебе (хоть пожалей !)
Надо много соболей.
Вот, когда набью на шубку,
Попрошу тогда голубку
Моих сватов принимать,
Будем пьянку начинать.
1996 г.