Почти готовый выйти из утробы малыш замкнут в тёплом и уютном мире матери. Внутри нет света, поэтому он вряд ли различает цвета, но мы можем поверить художнику и допустить, что вся его вселенная — большое красное полотно. После появления на свет он смотрит сквозь круглое окошко инкубатора для новорождённых. В центре его мира только родители.
Спустя год планета малыша расширяется до детской кроватки, через прутья которой он видит игрушечные небесные тела, так похожие на настоящий космос. Скоро малыш перерастёт эти прутья и дотянется до реального неба. Но это не будет концом истории.
Говорить о комиксе, в котором нет слов, а только даты и геолокации, трудно. Создавать его наверняка ещё сложнее. Тем более, когда тебе, как и комиксисту Тому Огома, нужно рассказать о самых очевидных вещах: люди растут и меняются, мир прекрасен как в своей величине, так и в деталях, а время летит всё быстрее. Больше похоже на старческие причитания, нежели на глубокую идею. Но стоило пересказать эту концепцию исключительно визуальными инструментами, как она превратилась в бесконечное для трактовок поле.
Каждый разворот комикса «Через» — один год из жизни безымянного уроженца Аляски, где точка отсчёта — 1955-й. На всех левых страницах — объективное. Персонаж, как его могли бы видеть мы со стороны. На всех правых — субъект. Всё то, что видит он сам в этот момент жизни. С рождения его взгляд обрамлён разной оптикой. Будь то щель в заборе, бинокль, просвет в облаках или, чаще всего, окна.
Такая форма дарит ощущение, которое испытываешь, когда смотришь на себя в записи или слушаешь пересказ пережитых тобою ситуаций от других людей. Ощущение неузнавания себя или собственных воспоминаний. Всё-таки все мы видим мир от первого лица. Например, в сентябре 1978-го сторонний наблюдатель сказал бы, что герой ищет книгу на полке в библиотеке. Но благодаря изящному приёму Огома мы знаем, что он любуется девушкой сквозь дыру в стеллаже. Очень доходчивое подтверждение того, что жизнь нельзя описать единственно верным способом.
Кажется, именно такими комиксами вымощен выход из постмодерна. С середины прошлого века искусство, созданное в эстетике постмодернизма, упивалось хаосом и конструированием собственной гротескной реальности. Подвергало сомнению всяческий авторитет и разрушало иерархии ценностей. Сегодня же есть ощущение, что аудитория и авторы разворачиваются в сторону поиска новых смыслов и интереса к реальности.
Тут кажется важным упомянуть так называемый метамодерн, когда при помощи всего арсенала постмодерна (иронии, насмешки, игры, деконструкции, нигилизма) автор пытается найти наивные истины и вернуть трезвый прагматизм в безумный мир. Без капли иронии в пример можно привести сериалы «Время приключений» и «Вселенная Стивена», где за ширмой психоделического веселья и абсурда кроется переосмысление концепций доброты, счастья, сострадания, честности, любви и дружбы.
Это же есть и в комиксе «Через». При помощи игры в реальность и намеренные упрощения Том Огома создаёт универсальное жизнеописание мечтателя. Популярная культура внушила последним поколениям, что существуют абстрактные концепции «успеха», «шанса» и «поворотных моментов», без достижения которых жизнь человека никогда не будет полноценной. Огома же уравнивает значимость всех событий в жизни своего персонажа. Будь то случайно увиденный в окне пейзаж, похороны родителей или работа в NASA. Всему этому отводится равное количество страниц и цветов. Чему именно стоит уделить больше внимания, определит читатель, держащий в руках книгу.
Хоть все события комикса и нанизаны на последовательный и ровный таймлайн, четыре раза повествование всё же меняет темп. Упомянутые выше объект и субъект сливаются, воспаряя над мгновением. В этих эпизодах художник переходит на полностраничные развороты. Ситуацию мы наблюдаем как будто свыше и целиком проникаем в мгновение. В массовом искусстве (кино, литературе, комиксе) после таких событий обычно наступает трагический или эпический финал, жизнь персонажа «перестаёт быть прежней» или как-то иначе воплощаются те самые «успех», «шанс» и «поворотный момент». Однако история «Через» просто продолжается вместе с жизнью героя. В том же темпе, в тех же красках, и субъект и объект снова разлетаются по противоположным страницам.
Метамодерн тут проявляется в попытке разрушить привычку смотреть на жизнь как на череду взлётов и падений, достижений и провалов. Человек и мир вокруг него остаются прежними. Значение имеет лишь оптика, через которую мы смотрим, а любую жизнь при любых условиях можно считать законченной только после смерти.
_____________________________________________________________________________________
Если вам понравилось поставьте лайк и подпишитесь!