Катерина бухнулась на диван. Василий, по-царски разлёгшийся на подушке недовольно поглядел на хозяйку. Встал, потянулся и забрался к ней на колени, потоптался, устраиваясь с максимальным комфортом, замурлыкал.
-Надо тебя на диету посадить, - улыбнулась Катя и погладила рыжую шёлковую шёрстку.
Кот с неодобрением посмотрел на неё и даже мурлыкать стал тише, будто бормотал себе под нос что-то только ему понятное.
-Да шучу, шучу, никаких диет! Ты ж у нас красавчик, хоть и тяжёленький! – Катерина почесала кота за ушком.
Василий положил голову на лапы и прикрыл глаза. Катерина гладила мурчащего кота и думала, что это всё что нужно для счастья после ночной смены в клинике. Ну, может, ещё кружечку чая с ромашкой не помешало бы, но вставать было лень. Просто шевелиться и то требовало нечеловеческих усилий, Катерина закрыла глаза и прислушалась к мурчанию.
-Как порработалось?
Катя встрепенулась, огляделась: в комнате кроме неё и Василия - никого, да вообще в квартире никого нету, муж на работе, сын в школе. Послышалось? Ну конечно послышалось! Или приснилось, или у неё развивается шизофрения, или её рыжий кот научился разговаривать...
Пора в отпуск! Психиатрам вообще вредно много работать, они от этого с ума сходят и с котами разговаривать начинают.
-Давай-ка чайку попьём! – сказала Катя вслух, чтоб отогнать прилипчивые подозрения в собственной ненормальности. Шизофрения не заразна, она как врач-психиатр, это, конечно, знала. Но и говорящие коты здоровым людям не мерещатся. Василий побежал за ней на кухню.
-А сметанки дашь? – прозвучало снизу.
Катя остановилась посмотрела на кота. Василий преданно уставился ей в глаза и потёрся об ногу. Ну всё, пора в клинику, в палату к Наполеону и Элвису.
Сын вернулся из школы в половине второго, Катерина слышала сквозь сон как он хлопнул дверью, бросил рюкзак в коридоре и протопал на кухню. Через две минуты сын ворвался в спальню с диким воплем:
-Мама! Мама! Проснись, у нас кот разговаривает!
Катерина не помнила, проводил ли кто-нибудь клинические исследования на тему заразности шизофрении, открыла один глаз, оценила ошарашенное выражение лица своего сына, спросила:
-И чего говорит?
-Сметаны просит!
-Ну так положи ему в миску, только немножко, а то он и так толстый.
Кот радостно мяукнул откуда-то с кухни.
Вечером муж подошёл к ней и путаясь в словах стал объяснять, что у него галлюцинации и что ему, наверное, требуется профессиональная помощь психиатра.
Катя рассмеялась:
-С тобой тоже кот разговаривает?
-В каком смысле «тоже»?
Они дружно посмотрели на Василия, тот лежал на подоконнике и молчал, как все нормальные коты, сосредоточенно вылизывал левую переднюю лапку.
-Ну, всё понятно, она всё-таки заразна! Всей семьёй в дурдом поедем! – Катя смеялась и не могла остановиться. Тоже, кстати тревожный признак приближающейся болезни.
-Погодите! Куда поедем? – Василий сел и уставился на хозяев, - а кто меня сметаной кормить будет?
Катерина с мужем переглянулись:
-Ты тоже его слышала, да ведь?
Катерина кивнула.
-Ва-ась? Ты разговаривать научился?
-Научишься с вами! Вы же люди вообще непонятливые, мурчишь – не понимают, мяукаешь - с тем же эффектом! Ну не нравится мне этот сухой корм, я сметану люблю! Уже по-человечески вам говорю!
Василий посмотрел на хозяев так, что обоим стыдно стало за свою непонятливость, встал, потянулся и спрыгнул с подоконника на пол. Неторопливо прошествовал к своей миске, оглянулся:
-Сметанки дадите?
-Ненормальный в нашей семье только кот... - прошептала Катерина и обняла мужа, - в дурдом не поедем...