Пора заканчивать наши изыскания. Внешний облик, генеалогия и языковедение не помогли точно определить — какой национальности Великий Тимур. Попробуем зайти в лоб, кавалерийским наскоком. Если придерживался монгольских языческих традиций — запишем «монголом». Если больше мусульманскому миру пользы принес — «тюрком».
В пользу первой версии говорит ибн Арабшах: «Он (Тимур) обратился к законам Чингисхана, на котором лежало проклятье Аллаха. Поэтому Тимура следует считать неверным, как всех, кто предпочитает законы Чингисхана, вере ислама». Верно подметил ненавистник Великого. Многое взял от Сотрясателя Вселенной Тимур. В первую очередь — организацию армии. Были отличия, но несущественные. Как-нибудь поговорим отдельной статьей.
Весь его «Генеральный штаб» во время многочисленных походов, состоял из монголов. Наметанный глаз ибн Халдуна, под Дамаском в 1401 году, это подметил. Впервые он увидел Тимура во время аудиенции в шатре, где Великий сидел, «опершись на локоть, а перед ним проносили подносы с едой, которые он посылал группам монголов, сидевших кружком в его шатре». И традиция монгольская. И публика. Кстати, ибн Халдун потом присутствовал и на военных советах Тимура, «амиров-генералов» других национальностей он не заметил.
Еще один важный факт. В Самарканде в отсутствие Тимура (почти всегда) делами заправляли 4 визиря. Людьми были знатными, авторитетными, «каждый из вышеупомянутых визирей, являясь представителями одного племени, были светочью мнений и освещали свод умов своего племени. У одного племя назывался арлат, второго — жалаир, третьего — кавчин, четвёртого — барлас. Темур был сыном четвёртого племени». Так вот, — арлаты, жалаиры, кавчины и барласы — это монгольские племена бывшего Джагатаева улуса. Именно монгольская аристократия заправляла внутренней политикой империи Великого, тот еще аргумент в пользу «монгола».
Статус и положение многочисленных жен Тимура и других женщин при его дворе в Самарканде тоже указывало на монгольский уклад. На пирах присутствовал весь гарем с царевнами, не закрываясь от мужчин, что категорически недопустимо в исламе. И (о, ужас!) эти дамы сами устраивали пенные вечеринки… — пышные приемы, на которые созывали гостей.
И самое важное в «монголизации» Тимура — это та дань уважения, которую он испытывал к «золотому роду» Чингисхана. При всех своих амбициях и величии, даже в последние годы, Тимур не позволял называть себя ханом. Лишь скромные титулы — «Великий Амир» или «Гураган» (зять Великого Хана). А придумать мог ведь что угодно, и никто бы ни пискнул. Особенно после показательного умножения на ноль Золотой Орды, самого могущественного улуса чингизидов.
Рекомендации пророка Мухаммеда про четырех жен — игнорировал. Восемнадцать — не меньше! Предписанные верой тюрбан и одежды — «да ну их!». Головы не брил, усы и бороду носил на монгольский манер. Хадж в Мекку не совершил, хотя это предписано сделать каждому правоверному. Грехом винопития после удачных походов, на свадьбах детей-внуков, да и по окончанию Рамадана — страдал жесточайше. Кастильский посол Клавихо оставил весьма подробное описание одной такой попойки. Испанец остался впечатлён на всю жизнь (и в трезвенники записался, наверняка). Список монгольских привычек и замашек Тимура можно продолжать бесконечно… Но.
Тимур совершенно свободно и органично обращался к исламу, когда это касалось внутриполитических реформ. Или завоеваний. Полумесяц всегда венчал его королевский штандарт на поле боя. Устраивались публичные религиозные церемонии, где ислам сиял ярким солнцем. Пять ежедневных молитв (намаз) — были обязательными для двора. Армию в походе сопровождала целая рота почётного карау… имамов, шейхов и религиозных мистиков. В обозе перевозился роскошный шелковый шатер-мечеть с голосящими муэдзинами. Перед началом больших сражений, после трудных побед, на глазах воинов, амиров, сопровождающей аристократии — Тимур часто простирался ниц и усердно молился, показывая, что Аллах на его стороне.
Описаны в хрониках его частые раздачи милостыни (зякет) во время священного месяца Рамадан, отказ от приема в пищу свинины. Его главный советником в гражданских и международных делах был шейх Барака из Андхоя. Хронист ибн Арабшах записал слова самого Великого Амира: «Все, что я достиг в государстве, и завоеванные мною сильнейшие страны — все это достигнуто из-за молитвы и благословения шейха Шамсуддина ал-Хаворийа и вся нашедшая удача только от Саида Бараки». Даже в смерти демонстративно преклонился перед миром ислама, — приказал похоронить себя в ногах своего духовного наставника.
Особым «пунктиком» для Тимура стала исламская архитектура и обустройство священных для мусульман мест. Гробницы и мавзолеи родственников, медресе, обители дервишей, усыпальницы почитаемых религиозных деятелей — всё это строилось по всей империи, основательно и в большом количестве. Соборные комплексы мечетей в его столице, в Бухаре и Яссе. Окрестности Самарканда были застроены поселениями, носящие названия мусульманских центров Востока: Дамаск, Шираз, Миср и тд. А создание гигантского (222 на 155 см) списка Корана для соборной мечети Самарканда? Где еще такое было?
Любил Тимур козырнуть перед исламским миром и своим «джихадом». Посмотрите на его бессмысленные, с точки зрения геополитики и стратегии, карательные походы на Грузию и Закавказье. Во время одного даже вынудил Баграта, грузинского царя, обратиться в ислам. Или устроенная армией Тимура резня в Смирне, малоазиатском оплоте ордена госпитальеров. Ни грузины, ни братья-рыцари опасности не представляли, напротив — всегда были лояльны и договороспособны. Но нет, борьба с неверными-с, положение лидера ислама обязывает. Хотя, по-чеснаку, все эти христиане, иудеи, индуисты отделались сравнительно легко, по сравнению с единоверцами Тимура.
То, что Великий Амир этот самый ислам чуть собственноручно под корень не извёл — отдельная тема. Уже пишу статью, скоро будет. Но вывод можно сделать неоспариваемый, — Тимур относился к мусульманской вере с холодным прагматизмом, пренебрегая почти всеми его принципами. Был ли он примерным тюрком-мусульманином или адептом монгольских традиций — этот вопрос звучит бессмысленно. Идеология Тимура — сложный сплав Ясы и ислама. Большую часть жизни он провел, уважая и не переступая монгольские традиции, установленные Чингисханом. Но демонстративно позиционировал себя, как лидера исламского мира. Назначая виноватых в отступничестве от веры, с последующим тотальным истреблением — то шиитов, то суннитов. К моменту своей смерти, потерял берега... стал настолько могущественным императором, что не подчинялся никому и ничему. Поэтому в графе «национальность» я напишу «ТУРАНЕЦ». Он создал эту империю, он и стал ее первым гражданином. Паспорт готов, ждем получателя).
Понравилась статья — одобрительно хлопни по плечу лайком.
Понравился канал — подпишись и ежедневно читай что-нибудь свеженькое, смело комментируй материалы, автор ответит обязательно.
Читайте по теме: