Направившись в сторону Оружейного склада Армии Славянок, Корнелий стал соображать, как провернуть сделку по продаже людей и не засветить мир. Полковник Романов в этом деле мог даже подыграть за долю малую. Но как только про вкусный Мусорный мир пронюхают Имперские наёмники, он же его и закроет, чтобы не доводить до соблазна.
А вот с людьми как раз проблем не было. Мир был не испорчен высокими технологиями, и в нём было полно людей с прямыми руками. Ещё в поселке, Корнелей обратил внимание на пожилых Немецких шоферов, которые были реальными бюргерами. В меру жадные и рукастые. Вот поэтому Немецким волдырям нравилось их тело, поскольку там только уменьшился рост, а пальцы стали проворней. А так тот же бюргер или по-простому Средний класс, живущий с прибылей созданных своими руками.
И даже жителям оккупированных территорий нашлось бы своё место, если не среди волдырей, так среди орселей. А вот насчёт Украинских полицаев, Заноза был прав. Рукастые и хозяйственные украинцы, занимались тем же самым что и Белорусские самооборонщики. Они просто охраняли под видом полицаев, свои сёла от сброда. А вот те, кто ехал служить в другие места, были или уголовниками или перекати поле. И такие не были нужны даже ярому националисту Гетману Пинчуку.
Ещё одним сегментом были молодые женщины. Но белорусок, можно было толкнуть орселям. Причём всех, поскольку по Белорусским сёлам жили одни полуи, как в Империи все называли крестьян, но не орселей.
А вот так называемых «Немецких невест», пришлось бы прогонять через бабушку Барбару. После чего на секретности аферы можно было ставить крест. Причём ссорится с Имперскими наёмниками, было так же опасно, как и с волдырями. Мстить не стали бы, но в нужный момент попросту могли отказать в помощи.
Хотя, судя по тому что увидел Корнелий в госпитале, это были кто угодно, но не Немецкие фрау. Вернее сказать, были Немецкие амазонки, что наплевав на мужской шовинизм и традиции, пошли на фронт радистками, медсёстрами и прочими. И именно эти амазонки были первыми кто нанёс удар по Семейным ценностям европейцев.
Прошедшие через войну и не способные конкурировать с молодыми немками за остатки мужского населения Германии, амазонки ударились в феминизм и политику, и стали проповедовать свободные отношения и прочие идеи не связанные с Семейными традициями.
- Нет, этих сразу к Прусской Волчице отправлять придётся, - грустно подумал Корнелий. – А там Дядя Ваня, и сплошной Русский патриотизм. Этот точно мимо не пройдёт, не смотря на своих немецких дочерей. Ещё и воевать начнут промеж себя. Тогда Замшелый точно лавочку прикроет.
Войдя в помещение склада, Корнелий направился в каморку полковника Добровольцева. Самой доходной статьёй Армейского бизнеса, была торговля оружием. Вот поэтому полковник Добровольцев, уступил даже Продовольственный склад. А где чаще всего можно было найти Андрей Петровича Добровольцева, так это в его каморке на Оружейном складе.
Подойдя к дверям, Корнелий услышал громкий голос и насторожился. Полковник Добровольцев был царь и бог на своём Оружейном складе. А вот повышать на него голос, мог только генерал Вознесенский, что числился Министром Обороны Империи Росс. А это значило, что информация уже протекла и в каптёрке сейчас шло выкручивание яиц.
Но это могло быть и ошибкой. А подобным выкручиванием яиц, генерал Вознесенский занимался частенько, но не от служебного рвения, а от скуки.
- Знаем мы ваши развлечения, - подумал Корнелий, переходя в тело Призрачного кота. – Вам с дедом Фридрихом забава, а нам геморрой.
Царапнув лапой по двери, Корнелий тут же пожалел что сунулся на склад. Выскочивший из помещения полковник, схватил Корнелия за загривок и прошипел:
- Попался мошенник. Где мой авианосец, бледина блохастая?