При переброске французских войск широко были использованы парижские такси. Renault Taxi de la Marne (Renault Type AG, Марнское такси), выпускавшийся французским автопроизводителем Renault с 1905 по 1910 года и использовавшийся как такси. Своё прозвище автомобиль получил во время Первой мировой войны, когда в сентябре 1914 года 1300 парижских Renault AG-1 (или Renault Type AG — официальное наименование автомобиля) были использованы французской армией под предводительством генерала Жозефа Галлиени для перевоза солдат из Парижа на битву у реки Марны (река на севере Франции, правый приток Сены), на которой французские войска смогли победить благодаря этому.
7 сентября 1914 года на Марне настал критический момент сражения. В поддержку двум корпусам 1-й армии, сражавшимся против 6-й армии, фон Клюк с Марны перебросил ещё две дивизии, и французы были фактически разбиты. Монури срочно требовал подкреплений. В Париж в этот день прибыла Марокканская дивизия, и чтобы быстро доставить её на передовую, Галлиени нашёл нестандартное решение.
На следующий день начальник транспорта обороны Парижа генерал Лод отдал приказ о формировании нескольких колонн общей численностью до 1200 автомобилей для перевозки солдат на фронт. Часть машин было решено нанять у транспортных предприятий и частных лиц.
Незамедлительно начался сбор легковых автомобилей на площади Инвалидов, разработка маршрутов и обеспечение промежуточных пунктов горючим. 6 сентября объявлен сбор автобусов и грузовых машин на окраине Парижа, полиции дан карт-бланш на принудительную реквизицию таксомоторов, в первую очередь тех, которые «замечены в поездках с праздной публикой и дамами сомнительного поведения». Первая колонна, состоящая из 150 таксомоторов комендантского резерва и десяти мобилизованных такси выехала из Парижа вечером 6 сентября. По другим данным, в ней было 250 машин, из них 100 мобилизованных, начальник колонны лейтенант А. Лефа в своём первом официальном рапорте написал цифру 10, жалуясь, что больше вечером было не найти, но позже увеличил количество реквизированных такси до ста.
В ночь на 7 сентября в направлении передовых позиций на Марне выехало ещё несколько колонн. Большинство историков сходятся на общем количестве автомобилей, участвовавших в переброске войск на различные участки фронта на Марне: 600 машин, из них около 400 такси. На эту тему действительно написано так много противоречащих друг другу исследований, что уже вряд ли возможно узнать точные цифры. Одну бригаду отправил по железной дороге, а вторую повезли на парижских такси. 600 машин совершили по 2 рейса, и подкрепление прибыло вовремя. Его с ходу бросили в бой, и натиск противника удалось отразить.
В пути шофёры таксомоторов, не имевшие практики движения в колоннах и не знавшие военной дисциплины, вели свои машины довольно легкомысленно: превышали предписанную в 16 км / ч скорость движения, предпринимали рискованные обгоны, что привело к многочисленным столкновениям, на остановках парковали свои машины в два ряда, создавая заторы на дороге, имели место и случаи пьянства за рулём.
Некоторые из таксистов совершили по два рейса за сутки, пройдя более 200 км, всего автомобили перевезли на фронт около 6000 военнослужащих. Кроме того, по прибытии резервистов к линии фронта французскому командованию потребовалось несколько часов, чтобы собрать воедино перемешавшиеся в пути подразделения, прежде чем дивизия смогла вступить в бой. Тем не менее поставленную задачу автомобили выполнили, и свежие силы подоспели своевременно.
Необходимо напомнить, что эта перевозка войск осуществлялась не бесплатно. «Таксисты-патриоты» работали по тарифу, равному 27 % от показаний счётчиков и получили за поездку в среднем по 130 франков.
К такому компромиссу между патриотизмом и коммерческой выгодой пришли владельцы таксомоторных предприятий. С компанией CGO, предоставившей автобусы, расплатились по специально утверждённым тарифам. Двадцать лет спустя советский военный историк А. И. Милковский в своей работе «Автомобильные перевозки по опыту Западного фронта империалистической войны 1914–18 гг.» отметил: «Эта переброска получила большую известность, во-первых, по той причине, что таинственный сбор и уход такси из Парижа вызвал шумиху среди парижского населения, дополненную фантастическими рассказами шофёров по их возвращении, и, во-вторых, потому что всё же это была первая автомобильная переброска войск более или менее крупного характера, приоткрывшая возможности, какими обладала Франция в виде своего автотранспорта».
Но вот что странно. Все говорят только о «Марнских такси» и упоминают только марку Renault. Хотя в операции участвовали не только такси, а среди такси не только Renault. Анализ многочисленных фотографий с места событий даёт интересный результат: прославленный на века таксомотор Renault AG-1, если и был участником тех событий, то второстепенным.
Повторимся, в Париже имелось в то время 10 000 такси! Очевидно, монополистам было выгоднее катать на прогулки дам, чем везти по ухабистым дорогам защитников родины за треть счётчика. Впрочем, это не помешало французам возвести такси Renault (только этой марки и главным образом из компании G7) в статус «национальной легенды» о героическом самопожертвовании водителей парижских таксомоторов – настоящих патриотов Франции. Сразу же после «Чуда на Марне» (под таким названием вошёл в историю успех французов в сентябрьской битве 1914 года) с лёгкой руки журналистов и пропагандистов парижские таксисты стали одним из важных символом нации в её борьбе с германскими захватчиками.
В течение всей войны таксомоторы продолжали свою работу в Париже, правда, в 1918 году на линию выезжало не более 3000 машин. Многих водителей призвали в армию, подорожал бензин, вместе с ним повысились и тарифы на перевозки, а основная масса парижан богаче не стала, спрос на услуги упал.
Зачем понадобилась демонстративная реквизиция малой части парижских таксомоторов на улицах с высадкой катающейся в них праздной публики? Нельзя было заказать такси по телефону? Точнее, приказать подать машины в определённое время? Комендант Парижа имел на это полное право, как говорится, «по законам военного времени». А зачем вообще понадобилось привлекать такси к операции по переброске войск? В городе находилось много грузовиков и автобусов, перевозка солдат на них была бы гораздо удобнее и намного экономичнее. Впрочем, автобусы и грузовики в операции тоже участвовали, но слава досталась не им. Вероятно, генерал Галлиени имел и другие цели, пропагандистского и морального характера.
Посудите сами – неожиданная реквизиция, сбор автомобильных колонн в центре Парижа, организованная отправка бравых резервистов – всё это не могло остаться без внимания изрядно деморализованных неудачами своей армии французов. Настроения парижан были на грани паники, в этот момент было необходимо показать павшим духом жителям, что город не собирается сдаваться, и даже имеющие не самую лучшую репутацию таксисты должны и согласны внести свой вклад в сопротивление врагу. Что ж, надо отдать должное комендатуре – направленная на подъём патриотического настроения граждан акция удалась. Особенно по возвращении «героев-таксистов», вслед за которыми пришло и известие о первой победе – «Чуде на Марне».
Можно себе представить, какие «байки» привезли в Париж шофёры и с какой скоростью они распространились среди населения. Бойкая парижская пресса незамедлительно подхватила патриотические рассказы, ещё больше приукрасив их, а затем и репортёры всех стран Антанты.
Газетчики перепечатывали друг у друга подробности марша на Марну. Кто-то из них процитировал слова отправившего к линии фронта автомобили генерала Галлиени: «Чёрт возьми, по крайней мере, это оригинально…» Говорил ли он это или нет? Неважно, главное, что эту фразу подхватила пресса всего мира и продолжает повторять уже 100 лет…
Несомненно, привлечение автомобилей-фиакров к военным целям можно считать гениальным решением. Так и рождаются национальные легенды! Когда закончилась война, легенда стала стремительно набирать обороты.
Многие энциклопедии и учебники истории уделяют ей гораздо больше внимания, чем битвам под Верденом и на Сомме. Шофёры, участники поездки, получили высокие награды, на маршрутах «Марнского такси» установили мемориальные доски, а в Париже даже памятник, разумеется, таксомотору «Рено». В военных музеях выставлены «Рено» из автопарка «придворной» компании G7.
Позвольте, а как же другие машины, принявшие участие в операции? Не вспоминают ни о военных машинах, ни об автобусах «Де Дион-Бутон», ни о других таксомоторах. Многие известные ранее марки французских автомобилей, задействованные в «Чуде на Марне», давно исчезли с рынка, заступиться за них уже некому. Постепенно фирма «Рено» монополизировала и саму легенду и до сих пор весьма успешно использует её в рекламных целях, постоянно напоминая, что именно её такси «победили» в Великой войне. А о наступлении Русской армии в Восточной Пруссии, которое закончилось неудачей, но вынудило германцев перебросить огромное количество войск с Западного фронта на Восток, и вовсе забыли. А ведь даже Уинстон Черчилль вспоминал то наступление как: «Самоотверженный порыв русских армий, спасший Париж в 1914 году…»
Памятник марнским такси, спасшим Париж во время Первой мировой, установлен в бывшем предместье Леваллуа (там размещалось большинство парижских таксомоторных компаний). Марнским такси посвящены памятные доски, установленные по пути следования колонны, одна такая машина экспонируется в Доме инвалидов. Уже в нашем веке в муниципалитете Леваллуа на площади имени 11 ноября 1918 года (дата капитуляции Германии в Первой мировой) был установлен мраморный памятник автомобилю Renault AG-1 – именно эти машины работали тогда парижскими такси. Автор памятника итальянский скульптор Маурицио Тоффолетти.
Благодарим авторское сообщество MILITARIA за предоставленные материалы.