19:00. Патриаршие. Парочка, сидя у пруда, курит принесенный с собой кальян. Мимо проходит семья с коляской. Пенсионеры на лавочке играют в шахматы. Рядом с ними мужчина средних лет с задумчивым видом наслаждается сигарой. Неподалеку отдыхает компания курьеров в желтых куртках. Музыканты играют каверы. Все наслаждаются весенним теплом, любуются вышедшим месяцем и единственной яркой звездой рядом с ним.
На выходе из парка стоят полицейские в черной форме и черных масках (невольно вспоминаешь Оруэлла), косятся на многочисленных людей, но бездействуют. Видимо, даже они понимают, что осталась всего пара часов свободы. Сегодня Россия прекратила международное авиасообщение. Завтра закроются все места отдыха и развлечений, даже парки. Радость от момента и глубинная грусть читается в глазах всех без исключения.
⠀
Темнеет. Музыканты сворачиваются. Парк потихоньку бесшумно пустеет. А я неспешно иду в близлежащее кафе, чтобы заказать особенный десерт, и напеваю врезавшиеся в голову строчки из последней песни музыкантов:
⠀
И как же мне сказать о том, что нужно?
Мы встретимся когда-нибудь случайно.
Ты знаешь, мне так чужда наша дружба,
И, может быть, откроются нам тайны.
Как тебя понять, как тебя любить?
Нарисуй мне мир, где солнце светит лишь над нами.
Как тебя не ждать, как тебя забыть,
Если ты летаешь не со мной под облаками.
