В 1719г. свет увидел роман Дефо о приключениях потерпевшего кораблекрушение английского моряка Робинзона Крузо. Прототипом его стал матрос-шотландец А. Селкирк, вступивший в конфликт с капитаном корабля, и высаженный на необитаемом острове. Здесь ему пришлось прожить 4,5 года, пока его не подобрало другое английское судно. Но мало кто знает, что четырём русским «робинзонам» пришлось прожить в гораздо более тяжёлых условиях крайнего севера на необитаемом острове свыше 6 лет!
Произошло это в середине того же 18 века. На звериный промысел, на Грумант (теперь – Шпицберген) отправились 14 поморов из Мезени. По плану, они должны были остановиться в заранее выстроенном там зимовье, и провести на архипелаге несколько месяцев, охотясь на морского зверя и песцов. Но уже на подходе к Груманту, на море разыгралась буря, и карбас промысловиков был снесён далеко к востоку от планируемого места высадки. Но главная беда была впереди – при попытке вернуться назад, судно поморов было затёрто льдами близ арктического острова Малый Брун.
Четверо промысловиков отправились на поиски места для стоянки, и возможной зимовки. Это были братья Химковы, Степан Шарапов и Фёдор Веригин – все из поморского посёлка Мезень. С собой они взяли одно ружьё с 12 зарядами, топор, котёл, немного съестных припасов. Вскоре им удалось найти избу-зимовьё, в которой они и переночевали. Утром разведчики направились назад, известить товарищей о найденном жилище. Но придя назад, они ужаснулись: их судна на прежнем месте не было. Осталось до сих пор неизвестно, утонул ли карбас, раздавленный льдами, или судно унесло в море. Но никто из 10 оставшихся на корабле промысловиков домой так и не вернулся.
Четверо поморов, оставшихся на берегу оказались в незавидной ситуации: им предстояла зимовать в условиях Арктики, с минимальным количеством припасов. Первым делом русские робинзоны принялись решать вопрос с запасами топлива. На приполярном острове не было собственной древесной растительности. Приходилось собирать по всему побережью плавник – прибитые волнами брёвна и доски разбитых кораблей, ветки и стволы деревьев, принесённые морскими течениями.
На острове обитало стадо северных оленей, но вся группа зимовщиков имела только одно ружьё с 12 патронами. Поэтому, пришлось заняться изготовлением луков из подручного материала, пустив на наконечники стрел гвозди из выловленных корабельных досок. Тетиву скрутили из жил застреленного белого медведя. Всего, за время вынужденного нахождения на необитаемом острове, промысловики убили 9 медведей, в основном самодельной рогатиной. Кроме того, с помощью луков, четверо поморов смогли добыть более 250 северных оленей. С них снимали шкуру, выделывали её и шили зимнюю одежду. Для этих целей использовали костяные иглы, а в качестве ниток – жилы медведей и оленей.
За время нахождения на арктическом Малом Бруне, охотились поморы и на песцов, не забывая об основной цели своей северной экспедиции. Условия, в которых приходилось выживать четверым русским промысловикам, были не в пример суровее тропического климата острова Робинзона крузо. Но главный враг любого полярника, это не мороз, а страшная болезнь – цинга, вызываемая авитаминозом. Чтобы избежать её, поморы заготавливали подножные травы, пили свежую оленью кровь, ели сырое мясо и печень. В результате, за шесть лет невольного затворничества, умер всего один зимовщик. Случилось это через пять лет после их попадания в арктический плен.
В конце лета 1749г. промысловики вдруг увидели какое-то судно, приближавшееся к их необитаемому острову. Чтобы обратить на себя внимание, они стали размахивать шестом с привязанным на его конце куском шкуры. Их сигнал был замечен, и судно пристало к берегу. Это был тоже поморский карбас с промысловиками, шедший на Грумант. Владелец судна согласился доставить полярных узников до Российских берегов за 80 рублей серебром, которые те обещали отдать ему по прибытии домой.
На корабль было погружено всё добро, накопленное зимовщиками за шесть лет проживания на Малом Бруне:
- 50 пудов (св. 800 кг) топлёного оленьего сала.
- 200 шкур оленей.
- Более 200 песцовых шкурок.
- Шкуры белых медведей.
В конце сентября того же года карбас, снявший русских робинзонов с необитаемого острова, прибыл в порт Архангельска. Даже среди видавших виды жителей русского севера, возвращение промысловиков, исчезнувших 6 лет тому назад, стало настоящей сенсацией. Об этом случае местными властями было доложено в Санкт-Петербург, и на основании этого Ле-Руаном была издана книга, где подробно описывались приключения «русских робинзонов» на необитаемом арктическом острове. С невольными зимовщиками лично встречался их прославленный земляк – академик Михайло Ломоносов. В советское время по книге Ле-Руана был поставлен художественный фильм «Море студёное».