Литературоведы до сих пор ломают головы: кто мог стать прототипом Григория Мелехова? Биография Харлампия Ермакова – командира казацкой повстанческой дивизии, принявшей участие в Вёшенском восстании против власти большевиков -- очень похожа на биографию самого Григория Мелехова. Но Шолохов «запутывает следы», ведь в его произведении выведен образ самого Ермакова, он там упоминается наряду с реальными историческими личностями. Есть данные, что писатель Шолохов «консультировался» с ним при написании романа. Если даже допустить, что Мелехов был полностью «списан» с Ермакова – Шолохов не мог указать на это. В 1927 году коллегия ОГПУ приговорила Ермакова к расстрелу. Да и кажется, что художественный герой Григорий Мелехов был более свободолюбив, даже анархичен и воплотил в себе все былые надежды и чаяния донских казаков.
Григорий Мелехов и красные.
Семья Мелеховых была «середняковой». У них не было крупного зажиточного хозяйства, чтобы привлекать батраков для работы, то есть, эксплуатировать бедных казаков. Шолохов берет героя исключительно «среднего». Обратите внимание, что Мишка Кошевой, бедняк, безоговорочно принял Советскую власть, и в дальнейшем у него не было ни петляний, ни метаний. Он знал, что дело его правое. У Григория Мелехова существовал классовый антагонизм по отношению к правящим сословиям. Он ненавидел буржуев и правящие классы, но при этом искал личных свобод для себя. Хоть и не образованный, но он понимал, что пора бы уже отменять всю эту устаревшую кастовую систему, где царские офицеры смотрят на казака как на г…. . Примечательна сцена, когда молодой Гришка Мелехов отправляется на свои первые военные сборы. Он заметил, как брезгливо одернул офицерик холеную руку, когда Григорий потянулся своей рукой что-то показать в своей казацкой походной «сбруе».
Передовое мышление Мелехова было так же далеко от понятий отцов и дедов, которые еще верили в «православие, самодержавие, народность». Недаром Шолохов показывает нам запретную связь Мелехова с Аксиньей, которая перерастает потом в главную любовную драму жизни нашего героя. Это тоже показатель ухода от старых предрассудков и попытка жить иной, более свободной жизнью.
Уже потом, пресытившись 1-й мировой бойней, Григорий Мелехов становится на сторону большевиков. Он понимает: «старый мир сдох, пора начинать что-то новое». На это немало влияют «революционные элементы», которых он встречает на воинской службе. Достаточно вспомнить свободолюбивого хохла Гаранжу:
"Власть треба, як грязные портки, скынуть. Треба с панив овчину драть, треба им губы рвать, бо гарно воны народ помордувалы."
Григорий Мелехов и белые.
Но, что хорошо для казаков бедняцкого происхождения (Мишки Кошевого), крестьян и рабочих голодной России, то плохо для богатого и среднего казака «вольного Дона». Мечтая о большей свободе, Мелехов не хотел, чтобы его земли «попилили» набежавшие русские крестьяне. Донские казаки считали себя самостоятельным, автономным государством. Хоть и был у Григория Мелехова антагонизм к высшим классам, сам он считал себя выше русского крестьянина по положению и правам. Действительно, человека, у которого есть оружие и умение пользоваться этим оружием – рабом не сделаешь. Психологизм донских казаков полностью совпадает с психологизмом казаков батьки Махно: жить независимо своей автономией, но без царя и рабов, а не между ними, как это было до революции. В отличие от отца Пантелея, Григорий – казак новой формации, с революционно-политическим мировоззрением.
Когда большевики начинают уничтожать контрреволюционные зажиточные слои казаков, Мелехов не может стоять в стороне. Учитывая, что богачи Коршуновы – его родственники по жене.
ПОВСТАНЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ
Вот тут, друзья мои, кульминация и самое интересное. Не смотря на факты служения Григория Мелехова то у красных, то у белых, сам герой наиболее органично чувствует себя именно на позиции командира повстанческой дивизии. Повстанцы формируют войско для того, чтобы дать пинка большевикам, которые ведут уж больно крутую политику на их землях. Мелехов считает войска белых деморализованными, которыми командуют неопытные офицеры-вырожденцы – сынки все тех же дворян и буржуа. Потом он командует эскадроном в дивизии Буденного и находит, что эти ребята рубятся лучше белых. Но, в споре о справедливости и равенстве, Григорий Мелехов говорит:
"А куда это равнение делось? Красную Армию возьми: вот шли через хутор. Взводный в хромовых сапогах, а "Ванек" в обмоточках. Комиссара видал, весь в кожу залез, и штаны и тужурка, а другому и на ботинки кожи не хватает. Да ить это год ихней власти прошел, а укоренятся они - куда равенство денется?.. Говорили на фронте: "Все ровные будем. Жалованье и командирам и солдатам одинаковое!.." Нет! Привада одна!"
Мировоззрение зрелого Григория Мелехова, который «прохавал» всю ситуацию, можно выразить кратко:
"Но нам и генералы не нужны. Что коммунисты, что генералы - одно ярмо."
Если он видит недостатки и вранье большевиков, то не меньше его воротит от белых генералов, которые хотят очистить страну от большевиков и вернуть былые обычаи и кастовую систему. Это мы можем четко проследить в эпизодах, когда повстанцы объединялись с Донской армией. Вот, что говорит Григорий Мелехов генералу Фицхелаурову:
"Ежели вы, ваше превосходительство, спробуете тронуть меня хоть пальцем, -- зарублю на месте!"
Он категорически отказывается сдавать свою повстанческую дивизию под командование белых, то есть Донской армии. Вроде бы, они помогли расчистить Дон от большевиков, но Григорий Мелехов далеко им не рад:
"Вы сообщайте куда следует, но меня не пужайте, я не из полохливых… И пока не тревожьте меня. – Подумал и добавил: -- А то боюсь, как бы вас мои казаки не потрепали…"
Обратите особое внимание: генерал Фицхелауров тоже казак, но который имеет реакционные взгляды и с потрохами продавшийся белым. Не случайно его противопоставление Мелехову. В разборках Гражданской войны малые силы повстанческих формирований проигрывают крупным силам – белых и красных. Полутонов больше нет, выбрать можно только из двух цветов. Уже к четвертой книге «Тихого Дона» мы видим нашего героя надломившимся. Гибель членов семьи, массовые расстрелы с обеих сторон политических сил, алкоголизм иссушают дух былого дерзкого и храброго казака Григория Мелехова. Он – элемент, не вписавшийся в эпоху. Если ранее его подстегивали мечты о свободе и братстве, потом о создании какой-то автономной казацкой республики на Дону, то теперь становилось ясно – старорежимные деспотические времена ушли, но новые свободы пришли не для казаков, оказавшихся после победы РККА враждебным классом, который нужно «переделать» на новый лад. И разоружить соответственно.