Беспорядки в деревне
Через десять минут к дому Муравьевой подлетели два черных джипа с решетками на окнах и золотыми буквами ЧОП. Чопики, как называли их местные, были тут вместо полиции. В безукоризненно белых рубашках с коротким рукавом и идеально отглаженных брюках с непроницаемыми лицами в темных очках двое из них позвонили в дверь. Дарья открыла.
- Госпожа Хопрова Дарья Васильевна вы арестованы за убийство двух и более лиц. Прошу вас пройти с нами в машину.
- Подождите, - засуетилась Даша. - Дайте я телефон возьму.
Но один из чопиков остановил Дарью за руку.
- Пройдемте к машине.
- Быстро, - произнес второй, оборачиваясь на шум голосов у торгового центра.
Дарью тут же схватили и вынесли из двора, впихнули в один из джипов.
- Ходу-ходу-ходу, - сказал рыжебородый охранник, буквально запрыгивая в машину на ходу.
Из-за угла торгового центра вынырнула голова большой толпы людей. Две огромные морды машин плавно двигались в этой человеческой массе. Люди, в основном молодежь, подростки, студенты били кулаками в бронированные бока машин и кричали: «сжечь эту ведьму!», «расстрелять убийцу наших детей!», «никакой пощады!»
- Что делаем? - спросила рация.
- Не останавливаемся. Ни в коем случае не вступаем в контакт, - приказал рыжебородый.
- Вот черт, - сказал второй чопик, снимая очки, - и откуда они так быстро набежали? Ты посмотри, их тут около тысячи.
- Ну да, как будто ждали где-то за углом, - согласился рыжебородый.
- Мы тебя от смерти спасли, - толкнул плечом Дарью зеленоглазый русоволосый чопик. - Они бы тебя тут сейчас просто порвали.
- Костик, - хмуро перебил болтовню напарника рыжебородый.
Тот осекся и кивнул:
- Да, капитан.
У здания ЧОП их ждала такая же огромная толпа.
- Двигай в Тайник, - приказал рыжебородый. - Тут нам не выйти.
Машина обогнула здание и выехала на дорогу, которая вела в лес . Вскоре подъехали к мощным воротам прямо в горе. Тяжелые бронированные створки стали медленно открываться. Машина заехала в полный мрак. Лишь по тусклым фонарям на стенах можно было догадаться, что они едут по широкому туннелю, проложенному прямо в горе.
Джипы остановились. Дарью провели по бесконечным лестницам и коридорам в небольшое помещение.
- Посиди пока тут, - сказал зеленоглазый и закрыл тяжелую дверь.
Дарья огляделась. Кровать в углу, раковина, унитаз, стол и стул. Окно, до которого не достать даже если встать на стол. Девочка села на кровать. В голове было настолько все сумбурно, что она не могла поймать ни единой мысли. Хопрова встала, открыла кран, умылась, вымыла руки, вытерлась подолом футболки и снова села на кровать.
- Я убила людей, и меня посадили в тюрьму, - на Дашу обрушилось наконец-то понимание происходящей действительности, а с ней и волна паники. - Это не моя жизнь. Это кошмар. Обычный ночной кошмар. Это не реально. Это все происходит не со мной. Что же делать? Что делать? - она металась по своей камере, как вольный зверь, попавший в клетку. Дарья остановилась на мгновенье. Она поставила на стол стул и, взобравшись на него, достала до узкого проема с решеткой. Девочка выглянула: только небо со всех трех сторон, лишь внизу она увидела деревеньку.
- Я где-то вверху горы, - догадалась Хопрова. - Ну да, тут до меня из местных никто не доберется. Она легла на кровать, стараясь думать о чем-то отвлеченном. Но ничего в голову не приходило, и Дарья стала просто напевать песни из своего плей-листа. Потом мысли ее унеслись в Москву, затем дальше к тетушке-крестной. Не заметно для себя девочка уснула.
Проснулась она от сильного толчка. Хопрова открыла глаза и резко села на кровати, прижимая колени к подбородку. Страшная реальность вновь вернулась в ее жизнь. Было очень холодно. Девочка укуталась в серое байковое одеяло. Где-то внизу невыносимо кричала сирена. Дарья снова взобралась на стул и посмотрела в окошко. Деревня Партизаны пылала где-то в самом центре.
- Пожар! - прошептала Хопрова. - Что там происходит?
Светало. Сна не было ни в одном глазу. Дарья побегала по камере, поприседала, отжималась. Потом кто-то громко откинул окошко в ее дверях и поставил поднос с алюминиевой чашкой рисовой молочной каши, черным хлебом и жестяной кружкой кефира. Даша с аппетитом съела завтрак, вымыла посуду, поставила ее на стол.
Вскоре пришел надсмотрщик и отвел ее в допросную. Даша села на стул и стала ждать. В ожидании она осмотрела помещение: тусклые лампы по каменным стенам, напротив было серебристое стекло, в котором девочка отчетливо видела себя. Она знала, что с другой стороны этого стекла её также прекрасно видит кто-то незримый и пока не знакомый ей.