У каждого из них есть конкретный адрес, и каждый этот пример читатель сможет использовать как сюжет, как фактуру, как вдохновение или просто как транспорт во время, которое не повторится.
Самый распространённый знак прошлого на наших улицах — четыре цифры, выложенные кирпичами на стенах домов, год их постройки. Даже шрифт этих надписей передаёт дух эпохи: тяготеющие к квадрату символы, со сходящимися под углом 45 градусов к середине восьмёрки линиями в «1938» на стене невысокой постройки на территории Электромеханического завода. Вытянутые, с засечками «1963» — на стене завода школьного приборостроения на Вифанской улице. Последние четыре цифры уже не существуют, их разрушили вместе со зданием при расчистке площади под гипермаркет. Фотография запечатлела как раз этот момент: цифры «съедаются» ковшом экскаватора.ак и нет соседних «1899» в виде почти легкомысленных вензелей на фронтоне ещё одного здания, на этот раз в духе промышленной неоготики, стоявшего рядом с «1963». Хорошо ли, плохо ли, что они стёрты из нашей жизни — тут мнения наверняка разойдутся.
Строители порой шли ещё дальше и складывали из кирпичей не только даты, но и целые послания потомкам или просто писали, как бы сейчас сказали, caps loсk «ПОЛИКЛИНИКА» на стене поликлиники в Березняках.
После Олимпиады-80 на стенах домов массово появлялись медведи, после Всемирного фестиваля молодёжи и студентов 1985-го на глухих кирпичных кладках селились голуби, но самая красивая сергиевопосадская мозаика сложилась без повода — олени дома 21 на улице Симоненкова.
На стене библиотеки им. Александра Горловского рядом с годом постройки выложили искрящиеся бокалы шампанского. Новоселье — всегда повод! Трудно представить сегодня такие вольности.
В самом здании — прекрасная мозаика, которая, к счастью, находится под охраной сотрудников библиотеки. Говорят, в ней сто тысяч кусочков смальты, а Ломоносов неспроста стоит на фоне Дворца культуры: и дворец, и библиотеку строило одно предприятие, ЗОМЗ. Эмблему завода можно найти в соседнем квартале, у дома 24 на Валовой улице — в кирпичной версии, и на ограде стадиона за ДК — в металлической.
Высокое, с ассиметричными окнами, с лестницей вверх по стене, оно высится среди невыдающейся застройки промзоны и выглядит, как зуб — одинокий, но всё ещё нужный какому-то неведомому организму.