Игорь Захаров Первые наши прыжки с парашютом на досаафовском аэродроме Барнаула. Март. Еще лежит снег и холодно. Прыгнули, собрали купола в охапку, идем к машине. А один курсант стоит посреди поля и орет — помогите!, помогите! Ладно бы — лежал, тогда понятно — сломал что-нибудь. А так… Подбегаем и видим, что между телом и запаской у него перед носом торчит вертикально конец вмерзшего в землю лома! Рыли канаву по осени и забыли лом! И свернуть лом в сторону у него не получается и сняться вверх — никак! Какие-то сантиметры — и средневековая казнь на колу была бы обеспечена! Предыдущая часть: Продолжение:
Игорь Захаров
Первые наши прыжки с парашютом на досаафовском аэродроме Барнаула.
Март. Еще лежит снег и холодно. Прыгнули, собрали купола в охапку, идем к машине. А один курсант стоит посреди поля и орет — помогите!, помогите! Ладно бы — лежал, тогда понятно — сломал что-нибудь. А так… Подбегаем и видим, что между телом и запаской у него перед носом торчит вертикально конец вмерзшего в землю лома! Рыли канаву по осени и забыли лом! И свернуть лом в сторону у него не получается и сняться вверх — никак! Какие-то сантиметры — и средневековая казнь на колу была бы обеспечена!
Предыдущая часть:
Продолжение: