Немного свежих наблюдений про испанский язык.
И кстати, пользуясь случаем, спрошу:
Немного свежих наблюдений про испанский язык.
- Под виадуком (человек из Питера детектед) недалеко от дома грустит закрытая на карантин студия сальсы. Недавно на ее стене появилась надпись: Tengo que bailar seriamente contigo. Переводится как “Мне надо серьезно потанцевать с тобой.”
Слова bailar (потанцевать) и hablar (поговорить) созвучны, в этом вся прелесть фразы. Думаю, жаркой сальсой много серьёзных разговоров можно заменить. - У меня появилось новое любимое слово в испанском: pajarear — (профессионально) наблюдать за птицами. Pajaro — птица, т.е. к слову просто приделали глагольное окончание. Почему-то это кажется ужасно милым.
В английском похоже: birding (от bird — птица) или birdwatching (буквально наблюдать за птицами), но не так душевно, окончание -ing “гасит” действие.
Эти несильно привычные русскому уху слова используются и нашими “птичьими” профессионалами: бёрдинг и бердвотчинг. Увидела их и даже расстроилась, хотя обычно хорошо к заимствованиям отношусь. Но тут уж совсем неблагозвучно. Хочу нормальный русский термин! Первым в голову приходит какое-нибудь “птичковать”, но, мне кажется, это больше про того, кто выбирает птичий образ жизни. Например, становится дятлом. В общем, нужно придумать человеческое слово и забыть этот бердвотчинг. - Из той же "звериной" оперы, дивное слово жителей славного колумбийского города Медельин culebrear, малопонятное другим регионам.
Culebra - змея, то есть это глагол означающий что-то типа извиваться или, как подсказывает гугл, юлить. В моих краях его неожиданно используют в дорожных знаках. Предупреждение "No culebrear" означает, что мотоциклисты не должны нарушать полосу и проезжать "змейкой" между машинами. Что-то не могу сообразить, какое русское слово мы в таких случаях используем.
И кстати, пользуясь случаем, спрошу: