Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Наташа Свешникова

Робинзон ГУЛАГа и Гулливер в Стране Советов

Когда-то во всех книжных магазинах книги Варлама Шаламова стояли рядом с книгами Солженицына. Шаламов так и не увидел при жизни ни одного издания публикации нескольких своих рассказов о Колыме, у Солженицына вся жизнь прошла на фоне шумных событий. Почему пишу? Хочу узнать правду, а вы нет? Для меня Шаламов путь - мученический путь праведников. И разительное несходство их рассказов были очень разными для меня. Интуиция, факты, осторожность того же Солженицына (Ветрова), который брызжет о многом и прячет глаза. Поверьте, все это можно почувствовать... Я люблю великую русскую литературу. …Ни одна сука из “прогрессивного человечества” к моему архиву не должна подходить. Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом... После бесед многочисленных с Солженицыным чувствую себя обокраденным, а не обогащенным... Контраст требующий серьезных размышлений! Два русских интеллигента. Их судьбы состоялись в столкновении с массовым одич

Когда-то во всех книжных магазинах книги Варлама Шаламова стояли рядом с книгами Солженицына. Шаламов так и не увидел при жизни ни одного издания публикации нескольких своих рассказов о Колыме, у Солженицына вся жизнь прошла на фоне шумных событий. Почему пишу? Хочу узнать правду, а вы нет?

Для меня Шаламов путь - мученический путь праведников. И разительное несходство их рассказов были очень разными для меня. Интуиция, факты, осторожность того же Солженицына (Ветрова), который брызжет о многом и прячет глаза. Поверьте, все это можно почувствовать... Я люблю великую русскую литературу.

…Ни одна сука из “прогрессивного человечества” к моему архиву не должна подходить. Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом... После бесед многочисленных с Солженицыным чувствую себя обокраденным, а не обогащенным...

Контраст требующий серьезных размышлений!

Два русских интеллигента. Их судьбы состоялись в столкновении с массовым одичанием, которому Солженицын и Варлам Шаламов противостояли по-разному, но оба – как личности. А вы - детишки вконец одичали после "перестройки"?