Поезд на Воркуту, где я тогда жила, уходил из Москвы около десяти часов вечера. Осень. Идет мокрый снег. Холодно. Сильный ветер. Все пассажиры заняли свои места, поезд тронулся. Поехали. Через полчаса по вагону с руганью начали бегать проводницы. Они громко возмущались, кого-то выгоняли из вагона. Прибежала проводница из другого вагона, тоже стала ругаться и кричать на наших проводниц: - Заберите его себе, вы его проворонили. – сами и девайте, куда хотите. Одна из проводниц нашего вагона сказала: - Я не собираюсь из-за него лишаться ни премии, ни работы, пусть прыгает, он не будет ехать в моем вагоне, - и они втроем пробежали мимо меня. Со мной рядом ехали две женщины. Мы не могли поверить, что молодые симпатичные проводницы могут заставить кого-то на полном ходу выпрыгнуть из поезда. Ведь это же убийство! Вскоре наши проводницы вернулись к себе в купе. Я пошла к ним узнать, что случилось. Оказалось, что один из провожающих заболтался и не успел сойти. Я попыталась воззвать к совест