Дмитрий Долинин – выдающийся оператор, работавший с такими режиссерами, как Глеб Панфилов, Илья Авербах, Виталий Мельников, Динара Асанова. Интересно, что он еще и прекрасный писатель, фотограф, режиссер и… актер (именно он сыграл Павла Первого в фильме Сергея Соловьева «Асса»).
Тот, которому везло
Давайте поговорим – знаете, о чем? О том, что вам повезло. Бывает же такое - живет человек в стране насилия и избегает страшной судьбы – и не потому что он подлец, а так сложилось. Скажем, Авербаху или Панфилову повезло, а Герману не повезло, довели практически. Вот и вам повезло работать с Панфиловым и Авербахом, да вы и свои фильмы снимали…Так ведь?
- Ну что тут скажешь… Конечно, повезло. Во- первых с семейством: у меня в анамнезе лингвисты, филологи и литературоведы. И бабушка – детский врач.
Никто не репрессирован?
- Нет, и с этим повезло. И я примерно догадываюсь, почему. У меня дед – еврей, Аркадий Семенович Искоз - Долинин, а бабушка, Вера Ивановна Щепкина, -русская. Она работала врачом ещё до революции, в 1912-м закончила институт, была земским доктором. А дед - филолог, литературовед. Они поженились, и их первый ребенок – это мой отец, он родился в 1915-м. Второй сын – Юра, мой дядя, он погиб во время войны… Их сестра Ася, Анна Аркадьевна, моя тетка, была по профессии арабистом, специалистом по арабской литературе. Ну и еще дядька Константин, который учил меня фотографии. После революции бабушка так и работала по специальности, а деда позвали читать лекции о русской литературе каким- то курсантам военным. И он, обитая в среде большевиков, впечатлился, видимо, их идеями.
Бывало такое. Интеллигенция порой впечатлялась.
- Ну да. И ему предложили вступить в партию, он решил посоветоваться с бабушкой, на что она ему сказала свое решительное нет. В общем, русская бабушка оказалась умнее еврейского деда (смеется). И он ее послушал, в партию не стал вступать. В конце тридцатых коммунисты стали расправляться именно со своими. А он читал лекции в ЛГУ, писал исследования про Достоевского, и эта чаша его миновала. И только после войны, в период борьбы против космополитизма, его выгнали с работы, и вот тут – да, он стал безработным. О Достоевском невозможно было ничего публиковать, поскольку и сам он был под негласным запретом. Так что, как видите, проблемы были, но все же никто не прошел через лагеря, и слава Богу. Ну, а я в детстве не хотел идти по их стопам, не собирался быть ни филологом, ни лингвистом. Наоборот – мечтал приблизиться к рабочему классу, стать паровозным машинистом, например…
?
- Это когда я был совсем маленьким. А потом мне вдруг захотелось стать кинооператором. Я даже начальный импульс не помню: просто у родителей был знакомый оператор, Дмитрий Давыдович Месхиев, отец нынешнего Димы, известного режиссера. Он разложил на столе мои фото и отметил, что, мол, в одной фотографии есть настроение. Поскольку я меланхолик, то и настроение там было печально-меланхолическим: рельсы, уходящие вдаль, мокрый асфальт и все такое… Вот после этого мокрого асфальта я и пошел во ВГИК – получается, с легкой руки Д. Д. Месхиева. Его, кстати, на студии звали Деде.
Читайте далее по ссылке