... Вечером все спустились к заливу, четверо молодых мужчин, девушка и пожилой пес. Кто-то прихватил гитару.
Песни лились звучали, улетали в закатное небо. Аккорды сменялись мягкой и плавной напевностью, звуки инструмента и голоса переплетались в почти осязаемое кружево музыки и слов.
... Мы ехали шагом, мы мчались в боях ...
... yesterday all my troubles seemed so far away ...
Да, самые-самые разные песни придумала жизнь. И собака любила вечерами сидеть вместе со всеми на берегу залива возле небольшого костра и слушать, как пел её хозяин, как сильно и вдохновенно звучал его голос, как вдруг затихал, и волны прибоя гасили звуки , принимая их в себя, отзываясь шорохом прибрежного песка, тихим шипением волн ... И эти люди, так здорово и слаженно поющие, это и была её, собаки, семья. И рядом, вот тут, прямо на взгорке, их дом, где часто собираются гости, поют песни, смеясь и подтрунивая друг над другом, рассказывают, перебивая друг друга, истории из серии - а ты помнишь?! Они часто пели. Песен было много, и были они такие разные и такие замечательные! И как же хорошо собаке было в такие вечера! Мелодии песен пробуждали в собаке что-то давно забытое, иногда грустное, иногда по щенячьи восторженно радостное. И в такие минуты собаке очень хотелось вот также взять высокую и торжественно гордую ноту, пропеть мелодию, которая и так звучала в её голове. Но - собака знала (запомнила когда-то и навсегда) - нельзя подпевать хозяину, как бы не бередила душу и память песня. Собака навсегда запомнила, .... как еще совсем молодой её хозяин пел вечером после каких-то экзаменов, как ему вторили его друзья- такие же молодые музыканты - тогда собака была совсем щенком, игривым и бесхитростным, и совсем не умела и не могла сдержать рвущуюся прямо из сердца свою песню. Как затихли все собравшиеся гости, и тишину вечернего балтийского неба разрезал и взорвал щенячий безудержанный восторг собачьей песни. Это была песнь гордости и сопричастности и к этому закатному небу, и к этим молодым звонким и сильным голосам.
Конечно, никто собаку не ругал и не наказал за эту вырвавшуюся из собачьей груди, полную любви и преданности песню. Но - стало так шумно, хозяева и их гости так развеселились, так хохотали и аплодировали, что собака, чуть сбившись дыханием, засмущалась, закашлялась, забралась под скамейку, на которой сидел её молодой хозяин. Он склонился к собаке, ласково потрепал мохнатые уши, кудлатую голову и шутливо погрозил пальцем - сегодня поём только мы!
Собака лежала в полудреме на уже прохладном и влажном песке, она вспоминала, глаза были полузакрыты. Она прожила большую собачью жизнь и все эти годы они, эти люди, были рядом, и собака была самым преданным слушателем и участником этих вечерних посиделок на берегу у костра. В этой семье она появилась давно, так давно, что она и не помнила уже другой жизни, да и была ли она, эта другая жизнь? Маленьким меховым комочком, неуклюжим щенком, сколько ей было - месяц, полтора, два ?- она выкатилась на тропинку прямо под ноги идущим людям. Взрослые еще какое-то время раздумывали, рассматривали, и гадали - откуда появился, словно материализовался прямо из прибрежных барашков, возле их ног этот лохматый и пушистый комочек ... Потерялся? - убежал от матери? - почему никто не ищет? - да чей же ты, малыш? ... И пока они думали и гадали, их сынишка , мальчик-подросток, взял её на руки, прижал к себе - решив таким единственно правильным образом судьбу щенульки - это моя собака! Это самая лучшая и самая любимая собака!
А щенок уже тянулся теплым и розовым языком к лицу мальчика, маленькое собачье сердечко, словно услышав и вдруг распознав родную душу, забилось в такт биению сердца мальчика. Ушел страх и горестное одиночество. Прижавшись понадежнее к своему защитнику, щенок перестал поскуливать и всхлипывать, и задремал, тепло и уютно уткнувшись куда-то подмышку. Мальчик все гладил мохнатую голову, утешая и согревая маленькую собачонку. - Я тебя никогда не брошу, ты - моя собака! И это была любовь с первого взгляда и с первого прикосновения. Они и не расставались никогда после той встречи на берегу.
Сразу после уроков мальчик бежал домой, подросший щенок встречал его заливистым и счастливым лаем. И каждый вечер они отправлялись бродить по берегу залива.
Иногда они бегали наперегонки по влажному рыхлому песку, затем садились на выпуклые и мощные корни сосен, разговаривали - мальчик обнимал собаку за шею, гладил её по голове, рассказывал, как прошел его день, что и как было сегодня в школе, как другие мальчики затеяли драку прямо на перемене, а он совсем не хотел драться, как смотрели и шушукались девчонки из соседнего класса, и эта вредина Светка тоже хихикала, и как он ждал окончания уроков, чтобы поскорее обнять свою собаку, своего друга. Собака внимательно слушала, иногда тыкалась носом в щеку или ухо мальчика - она тоже очень его ждала, она тоже скучала! Смешно трясла ушами, отгоняя комаров, фыркала носом. Толстый и неуклюжий щенок вырос в статную крупную собаку. Вырос и мальчик, школа и институт закончены, он уже взрослый мужчина, но любовь и та привязанность, возникшая почти пятнадцать лет назад, никуда не ушла! Собака так же ждала его прихода домой, также по щенячьи преданно заглядывала в глаза, также старалась уткнуться носом в руку, щеку, подпрыгивала, пыталась лизнуть в нос, не в силах справиться с переполнявшими её чувствами. И молодой хозяин всегда был рад встрече, присаживался перед собачьей мордой, обнимал за шею, что-то шептал в ухо.
Вот и сегодняшним вечером молодой хозяин с друзьями сидели у небольшого костра, пели песни, и просто молча смотрели на огонь, слушая шум прибоя. И собака была рядом. Примостилась у ног самого дорогого для неё человека, чуть дремала, иногда вскидывала голову, навострив лохматые уши. Она не устала, просто шелест волн, накатываясь на мелкую гальку и песок, убаюкивал, уравновешивал мысли и чувства. Собака знала, что, проводив гостей по комнатам на ночлег, они с молодым хозяином будут шагать по влажному, уже по ночному остывшему песку, лапы будет приятно холодить вечерняя волна. Эти прогулки по ночному шелестящему прибою были обязательным ежедневным и все-таки важным моментом, когда они оставались вдвоем, вернее, даже втроем - с ними было еще и море. Они подолгу, до темноты гуляли по берегу. За ними на влажном песке отпечатывались сразу несколько оттисков - человеческих ног и собачьих лап. Легкие и неспешные волны набегали, слизывали, смывали эти следы, а человек и собака шли вперед ... Через какое-то время они поворачивали к дому, и шли уже по тропинке, бегущей чуть выше берега, вьющейся, ускользающей из под ног, и в сгустившейся темноте ставшей почти неразличимой, и ведущей туда - в дачный поселок, домой ...
Им обоим никогда не было скучно друг с другом. Они вместе целую
вечность. Такая жизнь, полная любви, понимания и доверия - это
вселенная, непостижимая и близкая, открытая им двоим.
Так будет всегда. Пусть так будет всегда!
Тихое ночное небо, человек и собака, идущие по влажному песку вдоль
полосы прибоя.
Пусть будет.