Мама снова сложила все фотоальбомы в шкаф. Никите на телефон позвонил Валерий Павлович Осипов.
- Алло! Здравствуйте, Валерий Павлович.
- Здравствуй, Никита, ты где?
- Валерий Павлович, простите, я не предупредил Вас. Я сейчас у мамы. Завтра я поеду в детский дом, туда, где воспитывались Анна и Василий. Мне полностью покажут их личные дела, я договорился об этом.
- Это хорошо, постарайся сделать копии и обязательно заверь их у нотариуса. Может быть, нам что-то понадобится. Я позвонил, чтобы сообщить, что получил результат анализа ДНК. 99,9% они братья! Конечно, это не новость для нас, и всё же документально подтверждено, что один ребёнок с того поезда остался жив.
- В деле Анны подшит обрывок немецкой газеты с адресом и именем того немца, который их увёз на машине. Мне обещали показать переписку с его родственницей, живущей по тому адресу.
- А вот это очень даже интересно. Постарайся максимально подробно узнать всё об этом немце, скопируй всю переписку. Понимаешь, когда я пытался заглянуть в дело Тимофея Николаевича, мне ответили отказом на основании того, что ведётся проверка на предмет его сотрудничества с немцами в годы войны. Причина этой проверки, стал запрос из посольства ФРГ на поиски членов семьи Рощиных. Причины запроса мне не известны.
- Валерий Павлович, сотрудничество исключено полностью. В понедельник вечером мне передали 13 писем Тимофея Николаевича с фронта, написанных жене и дочери, и его кулон.
- Никита, в кулоне есть фотографии?
- Да.
- Знаешь, у меня хранится кулон моего дедушки. Я его однажды из любопытства распотрошил. Так вот, на обратных сторонах фотографий было очень мелко написано фамилия, имя, отчество и стояла дата рождения.
- Валерий Павлович, спасибо, я посмотрю, что в моём кулоне есть. Завтра вечером я перезвоню Вам и расскажу о результатах своей поездки.
- Хорошо, Никита. До свидания.
- До свидания.
Никита отложил телефон в сторону. На него вопросительно смотрели мама и бабушка.
- Звонил мой партнёр по расследованию этого дела, профессиональный детектив Валерий Павлович Осипов.
- Ты нанял детектива?
- Не совсем так. Помните, я вам вчера рассказывал, что Марченко нанимал детектива, и он проводил расследование. Так вот, я встретился с этим детективом, поговорил, хотел попросить его консультировать меня, а он предложил поработать вместе, причём бесплатно. Вот и работаем.
**** ****
Розовыми красками полыхал закат. На городок опустилась вечерняя прохлада. Лёгкий ветерок отгонял надоедливых комаров. Сын с матерью сидели на ступеньках крыльца, и молча, смотрели на бегущие по небу вечерние, отливающие розовым цветом, облака.
- Как хорошо!
- Да, я почти каждый вечер сижу здесь и смотрю на закаты. Закатами можно любоваться бесконечно. Они всегда такие разные и неповторимые. Иногда присоединяется ко мне бабушка. Мы сидим, пока не погаснут последние лучи солнца, а потом идём пить чай.
- А не поздно для чая?
- Никита, нам же завтра на работу не вставать, мы можем позволить себе такую роскошь, а потом ещё почитать, какой-нибудь роман на ночь.
- Какие вы у меня романтичные! – ласково толкнул Никита маму плечом.
- Да, забыла тебе сказать, недавно Иру видела. Разговорились. Она приехала в гости к маме одна, нажилась и развелась, детей нет, семьи тоже нет, одна работа осталась, за которую держится. Тебя вспоминала, передала привет.
- Спасибо.
- Ты её не хочешь увидеть?
- Зачем?
- Но, у вас же…
- Мам, не напоминай, не надо, пожалуйста.
- Хорошо, не буду. Ты что, до сих пор не забыл и не простил?
- Забыл, не хочу не видеть, не слышать о ней ничего.
- А она сожалеет, что у вас так всё закончилось.
- Мам, её поезд давно ушёл, и для меня её больше не существует, не существует уже пять лет. Пойми, это было её решение. Я уважаю её решение. Решила уйти – ушла. Всё, двери закрыты и тем для обсуждения нет.
- Ладно, я поняла. По крайней мере, при следующей встрече смогу дать от ворот поворот.
- Вот и дай! – Никита помолчал. – Мам, прости, что-то мы с тобой не о том вспомнили.
- Да, это точно. «Уж если точка, то жирная!», как говорил твой отец.
- И он прав. Я сейчас сижу и думаю, какое счастье, что мы с Иркой расстались. И какой же я был дурак, когда позволил себе страдать из-за её решения оставить меня в тот самый момент, когда я готов был сделать ей предложение. О чём я думал, о чём переживал? От обиды не понял, что мой Мир просто позаботился обо мне.
- Поумнел? – спросила мама, смеясь.
- Да. И знаешь, когда поумнел? Когда прочитал дневники Лидии Михайловны, - сознался Никита.
- А когда прочитал письма Тимофея Николаевича, что подумал? – спросила мама.
- Я подумал, какой же я ещё «желторотый воробей».
- Ах, ты мой «воробышек», - мама обняла сына.
Предыдущая часть
Оглавление