ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Про то, что попугаичья жизнь полна
превратностей судьбы
На следующее утро после драматических событий мы сразу к Кеше побежали, проверить, что да как. И увидели мы непривычную для нас картину: Кира с Кешей сидели, прижавшись друг к другу. Кеша молча, видно, тоже в удивлении, хлопал глазками и косился на жену. А Кира тихонечко щебетала и то гладила клювом голову мужа, то чистила ему спинку, то, подлетая и присаживаясь с другой стороны жёрдочки, начинала ритуал ухода за мужем с непрекращающимся энтузиазмом. Мы обалдели.
А всё потому, что жизнь наших попугаев до этого утра была совершенно другой. Сосуществование Кеши и Кирюши вообще заслуживает отдельного описания, но я попробую вкратце...
Появились у нас попугаи, когда Мурыч родился. Егор меня попросил о птичках, и я, понимая как сложно старшему адаптироваться к новоявленному младенцу, сразу согласилась. И тут как раз у нашего знакомого проблема образовалась: некуда ему было пристроить своих волнистых попугайчиков. Я же, будучи дамой сердобольной и практичной, тут же пташек себе и прибрала. Напоследок мне рассказали о главных вехах в жизни Кеши.
Кеше неизвестно сколько лет. Кира — его третья жена. Предыдущие жёны внезапно умирали. Кешу также, как и нам, передали из другой семьи, где он тоже прожил неизвестно сколько лет. Попугай старый, может умереть в любой момент, и здоровье, скорее всего, у него не очень: однажды, будучи неимоверно общительным, он залетел в пасть к зевающему догу. Дог удивился. Немного пожевал Кешу. На просьбу отдать обратно птичку долго не соглашался, но потом отдал — нехотя выплюнул на паркет. Обслюнявленного и пожёванного бесчувственного попугая отмыли, через пять минут он пришёл в себя и зачирикал как ни в чём не бывало.
Так что достался нам попугай с багажом активно прожитых лет, молодой женой и перспективой окочуриться в ближайшие год-два. Однако Кеша отдавать богу душу не собирался — наверное, потому, что его семейная жизнь была очень бурной. Дело в том, что Кира его била. Била нещадно — за то, что мы Кешу на руки берём, и вообще — за всё. Сама, зараза, к себе не подпускала, вопила, клевалась, ну просто безобразно вела себя. Не дай бог было при ней слово доброе Кеше сказать или укроп ему дать. Всё! Тут же налетала, перья мужу выщипывала, била по голове, выгоняла из кормушки и от поилки. В попугаичьем обиталище, несмотря на ежедневную уборку, всегда был бардак: в кормушке нагажено, поилка вся в выдранных перьях, корм раскидан. И к моменту, когда Сеня покусился на его жизнь, Кеша выглядел так, будто он действительно вот-вот отправится в попугаичий рай… Ужас!
А тут — чудеса... Сидят наши попугаи на жёрдочке и милуются. Тихо так... Кеша молчит. Кира что-то там тихонечко ему насвистывает и причёсывает... Да... Невероятная метаморфоза.
И так мы эту идиллию наблюдали три дня. А на утро четвёртого обнаружили трупик Киры на дне клетки в классической позе — кверху лапками....
А через неделю Егор вот что сказал: «Мам... Ты прикинь... Оказывается, это Кира в корм гадила... Мне сейчас и убирать практически ничего не надо. В клетке чистота. И Кеша как-то похорошел — стал как будто в два раза больше, на руке спокойно сидит и чирикает так громко, что даже на улице слышно...»