Что и следовало ожидать: генеральному подрядчику на строительстве психоневрологического интерната в Туиме (Хакасия) не хватает рабочих рук. Плюс ко всему отставание от графика. Рекомендовано — пока еще не ультимативно — нарастить темпы работ. И следить, чтобы не было задолженности по заработной плате перед рабочими.
«Отставание от графика составляет полтора месяца. Есть отставание по освоению денежных средств: освоено 60 млн рублей, а план на год более 300 млн. Если говорить о строительной готовности, пока это 20%. Рабочих в два раза меньше, чем необходимо. К сожалению, пока подрядчик упускает возможности строительного сезона, когда можно развернуть работы на полную мощь», - оценил текущую ситуацию глава республики Валентин Коновалов.
Все это пришлось выслушать Ивану Валиеву — представителю ООО «Синодекор», фирмы-подрядчика в минувшую пятницу.
Об этой персоне стоит поговорить отдельно. После разъяснения, ху из ху, становится ясно многое. Но при этом открытым остается вопрос: не получится ли со сдачей объекта так, как это произошло при возведении музея и перинатального центра, где огрехи красноярского "Монолитстроя" периодически приходится исправлять до сих пор?
Тем более что по туимской стройке маячит картельный сговор. Об этом уже открыто заявил начальник управления по борьбе с картелями ФАС Андрей Тенишев. По его словам, был сговор с заказчиком и местным министерством строительства».
Пока это все еще висит Дамокловым мечом, 19rus.info наконец выяснило любопытные подробности прошлой жизни Валиева. Он, напомним, согласно официальной версии следствия, как представитель ООО «Синодекор» передал взятку и.о. замглавы республики Сергею Новикову. При этом официально фирма зарегистрирована не на него. За ним лишь ООО «ХакасИВОЛ-строй». Однако деньги принес именно Валиев, он же и жаловался в кабинетах на новиковский беспредел.
Информагенство уже задавалось вопросом: как фирме с 12 сотрудниками в штате удается получать такие серьезные госконтракты, в том числе в рамках нацпроектов?
Константин Харисов по делу Новикова: Это вполне может быть провокация подрядчика
«Документация у Синодекора в порядке» - это стандартный ответ от всех ведомств. Но все-таки далеко не каждая фирма, набравшая в штат штукатуров-отделочников, может заняться строительством такого уровня. Нужно обязательно войти в саморегулируемую организацию. ХакасИВОлстрой и Синодекор входят в Ассоциацию «Строители Хакасии» (СРО АСХ). Председательствует там Михаил Борисов (да-да, тот самый).
За членство платят взносы. В прошлом году обе валиевские фирмы задолжали по 20 и 24 тысячи соответственно. Чувствуете контраст? Фирма выигрывает разного рода конкурсы, подписывает многомиллионные госконтракты, в том числе с ФСБ, но не может заплатить за себя взносы в СРО.
Борисов ратовал за то, чтобы дать обеим фирмам отсрочку и не исключать их из ассоциации, что и было сделано.
ООО «Синодекор» образовано сравнительно недавно — 27 марта 2014 года. ХакасИВОЛстрой — 16 октября 2013 года. На тот момент господину Валиеву было 31 и 32 года соответсвенно. Возникает вопрос, чем он занимался до того, как прийти в строительную сферу? Ответ однозначен: сидел.
Защитники Валиева, особо остро за него переживающие, наверняка подумают, что злодеем он стал поневоле. Заступался за девушку, ударил кого-то, тот неловко упал и скончался. А может быть, он совершил смертельное ДТП, от которого не застрахован ни один автомобилист? Или ненароком зашиб педофила, отбивая у него ребенка? Не обольщайтесь. Все гораздо прозаичнее – наркотики.
В уголовной среде есть свой, непривычный простому обывателю жаргон. На нем воров (не в законе, а обычных) называют домушниками, тех, кто вскрывает сейфы — медвежатниками, убийц — мокрушниками. Наркоторговцам дают еще более емкое понятие — барыга. Печально, но Валиев был тем самым настоящим барыгой.
Что такое наркотики? Это слезы, боль, унижения, ненависть. За минутное удовольствие люди готовы продать последнее, предать близких людей, пойти на любое преступление. Кто-то барыжит, получая от сбыта немалые деньги, кто-то потребляет, втягивая в паутину наркомании других.
И в том, и в другом случае конец чаще всего один: либо тюрьма, либо медленная смерть. Из порочного круга вырваться получается мало у кого. У Валиева, надо отдать ему должное, получилось. Но это сейчас. А в 2005 году в Черногорске его взял наркоконтроль при сбыте крупной партии гашиша. Приняли красиво. Влепили сразу аж четвертую часть по канонической два-два-восемь. Суд в Хакасии к наркоторговцам и сейчас суров, а уже в те времена, когда председателем Верховного суда был Сергей Потапенко, на наркосбытчиках сроков не экономили и не один служитель Фемиды сделал себе яркую карьеру — практически во всех случаях приговоры устаканивались в вышестоящей инстанции.
Валиеву судья щедро отсыпал червонец. Задуматься над своим поведением будущего агента ФСБ отправили недалече - в 34-ую, лечебно-исправительную колонию.
Безусловно, гашиш — это не так называемые «тяжелые» наркотики вроде героина или «крокодила», ради которых наркозависимый человек может вырвать сережки с кровью из ушей или убить беззащитного пенсионера. Сами любители покурить гордо именуют себя не наркоманами, а растаманами. Автор бестселлера «Город без наркотиков» Евгений Ройзман называет их и того проще — г****куры. Но уголовный кодекс разделения на «легкие» и «тяжелые» не признает. Тут все категорично: чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяль. До 20 лет за сбыт в особо крупном. Да и с гашишем все не так однозначно — помните знаменитое: «Вернулся капитан издалека. И он узнал, что джентльмен во фраке однажды, накурившись гашиша, зарезал девушку из Нагасаки».
А сколько было выходов в форточку у таких травокуров... Под воздействием гашиша у наркоманов начинаются видения. У них, что называется, «голова бежит»: верхняя часть тела рвется вперед, удержать невозможно. И ладно, если впереди кровать, а если открытое окно и девятый этаж?
И вот таким-то зависимым идет «экологически чистый продукт из Тувы», который сбыл кому-то Валиев.
На свободу с чистой совестью он отправился по прошествии 6 лет, в 2011 году — освободился условно-досрочно. Видимо, с того момента укрепилась привычка сотрудничать с органами.
Наверняка Сергей Новиков, тоже отсидевший в СИЗО, да и в юном 19-летнем возрасте привлекавшийся к уголовной ответственности, сразу увидел в Валиеве родственную душу — того, которого можно подоить чуток. Иван Рафаилович отдавать свои кровные не хотел. Еще бы, он 20 тысяч взноса не мог заплатить, а тут какой-то чинуша сразу два ляма потребовал. Ничего не треснет?
И пошел доблестный подопечный Сергия Радонежского в задние по Щетинкина, 8. Что было дальше — всем известно. Была встреча во дворе многоэтажки по Торосова в теплый пятничный апрельский вечер. Был легкий, почти балеринский взмах рукой Валиевым после того, как он вышел из «Тойоты» Новикова. Кто-то из людей в штатском разбивал окно, кто-то снимал на телефон, кто-то вытаскивал товарища Новикова. В определенный момент даже кажется, что один из чекистов что-то бросил на переднее сиденье в разбитое окно. А может, просто убирал осколки.
Лишь в понедельник Валиева привезли на очную ставку. Он все подтвердил. Не стал отпираться и несостоявшийся перзам. По информации 19rus.info, товарищ Новиков сдает всех, кого можно сдать. А еще у него недавно арестовали имущество на 20 млн — сумму, эквивалентную 10-кратной сумме взятки. Арест продлили до августа.
Валиев, надо полагать, выйдет сухим из воды, он же работал в рамках оперативного эксперимента.
И продолжит строить радиологический корпус и Туимский психоневрологический диспансер. Будем надеяться, найдет рабочую силу. А то ресурсов и ума заявиться на такое масштабное строительство хватило, а тут вдруг выяснилось, что рабочей силы не хватает. Чем думал и Валиев, и директор Синодекора Татьяна Абросимова, когда подписывали госконтракт?
Или по-прежнему уверены, что расторгнуть договор правительство с ними не посмеет - как-никак могут заступиться парни со Щетинкина, 8. Они-то мигом докажут, что объект находится в должном состоянии и стоять на пути у них не надо.