«Слёзы? Хорошо. Сильный мужчина никогда не боится плакать».
С удивлением узнал, что так любимый мною в детстве фильм «Слепая ярость» с Рутгером Хауэром в свое время с треском провалился в прокате. И чего им, американским обитателям конца восьмидесятых, надо было? Мы находили в «Слепой ярости» всё, чего нам не хватало в жизни.
Прежде всего, суровую мужскую сказку о хорошем парне, наперекор судьбе наказывающем мерзавцев. Наверное, это самое главное – видеть человека с суперспособностью, который дерется за справедливость. Причем способность у него не какая-то запредельно сказочная, а вполне реалистичная. Ну, разве чуть-чуть преувеличенная.
«Слепая ярость» снята по мотивам японского «Затоичи». Ник Паркер (Рутгер Хауэр) пострадал во Вьетнаме. В бою он лишился зрения и фактически свободы. Через двадцать лет в Америку возвращается совсем другой человек. Прежде всего, это суперэффективный слепой боец.
Самая первая сцена, вводящая обновленного Ника в фильм… Нет, я ей до сих пор аплодирую. Идет такой слепец по обочине, ощупывает тростью перед собой дорогу. Видны только ноги и конец трости. Зритель видит: впереди какашка. Трость натыкается на нее, замирает на секунду, и ноги изящно перескакивают через вонючее препятствие. Одна сцена представляет возможности слепого бойца.
Надо заметить, что Рутгер Хауэр просто бесподобен в этой роли. И речь даже не о его неизмеримом обаянии, умении сыграть трагичную роль или нежных сценах с ребенком. Хотя это всё присутствует. Нет, Хауэр абсолютно убедителен в роли слепого. Очевидно, он не просто пришел на съемочную площадку отбить гонорар. Он реально работал над ролью, вживался в образ, оттачивал движения и выражение незрячих глаз.
Так вот, дальше этот американский Затоичи идет в дом своего армейского друга Фрэнка Деверо. Там в последнем бою, где Ник лишился зрения, Фрэнк повел себя не лучшим образом, бежал с поля боя. Что должно произойти между Ником и Фрэнком, пока остается невыясненным – Фрэнк давно в разводе, дома лишь бывшая жена и сынишка Билли.
Тут же в дом врываются грязные полицейские, выполняющие заказ бандитского босса. Жена убита, но парнишку Ник спасает. Здесь первая боевая сцена. Кстати, тросточка Ника оказывается скрытым мечом.
Ну и дальше сюжет катится от разоренного дома через всю страну к Фрэнку, находящемуся в лапах босса. За Ником и билли устремляются всего люди босса. Будет много стычек, боевок, слепой клинок против зрячих пистолетов – всё то, что так завораживало позднесоветских мальчишек.
Тогда «Слепая ярость» выглядела достаточно серьезно. Редкие шуточки почти не воспринимались, всё внимание поглощал слепой боец, рубящий в капусту нехороших парней. Дай им! Дай им за всех нас!
Сегодня многое из серьезного в фильме уже померкло. Бандиты выглядят чаще карикатурно, чем злобно-опасно. Да и сердце не замирает – мы же знаем, что в таких фильмах главный герой не гибнет. Но приятные впечатления детства если и не оживают в полной мере, то шевелятся.
А кроме того, повзрослевший разум останавливается на других вещах, на тех, что ранее не так трогали, не так заботили. В этом смысле центральное место занимает выстраивание отношений между не знавшим домашнего тепла слепым бойцом и только что лишившемся матери мальчишкой. Красиво так, тепло, трогательно.
Эти сцены раскрывают Рутгера Хауэра не только как актера боевиков, но и как хорошего драматического актера. Причем играть ему приходится не любовную сцену с женщиной, а отношения взрослого и ребенка. Просто отлично.
И фраза Ника Паркера про слезы, кстати, вспомнились мне для эпиграфа не просто так, а из-за красивого и сильного по эмоциям финала. Хорошее кино, чего уж там.
8 из 10