Обратите внимание на картинку - идиллия острова Мартиника радует глаз. Зелень, домики, море, пляжи и гора на 1400 метров, как центр тяжести экспозиции.
Вот об этой возвышенности и хотелось бы замолвить пару слов. На фото высится Монтань-Пеле ("Лысая гора") - высшая точка острова и вулкан, по совместительству. Работает он на 1/1000 ставки, то есть 99.9% времени спит на солнышке и лишь изредка активничает (по табелю заработной платы господину Монтань-Пеле причитаются выплаты по трём десяткам извержений за последние 5000 лет).
Просыпаясь старик бухтит, немного пылит, дымит трубкой и почти никого не беспокоит. Ну, прихватил он в 1767 году 15000 человек, что с того? Это же когда было! Переместились людишки подальше от вершины и всего делов то.
В 1902 году пенсионер вновь начал ворчать. Сперва портил воздух сероводородом ,да всячески бурлил, длилось это месяц и на него не очень-то обращали внимание. Бубнит себе и ладно: море теплое, солнце ласковое - купаться пора!
Судя по некоторым письмам, отправленным в конце апреля-начале мая, часть населения была настроена фаталистически: "Чему быть, того не миновать". Возможность свалить подальше от сомнительной "судьбы" не рассматривалась. Мелкий пепел с небес, повышенная тревожность скотины, активизация змей, буквально заполонивших улицы, и другие признаки скорого пробуждения, конечно, беспокоили кое-кого из местных, но власти шустро накидали газетную статейку, что, мол, фигня,отвечаем,всё обойдется, и люди остались дома.
8 мая в 8 часов утра Лысая гора таки ожила.
Старикан Монтань-Пеле вздохнул поглубже и знатно чихнул пирокластическими потоками (вулканические газы с температурой в несколько сот градусов, пепел и обломки пород) в окружающее пространство. Событие стало пренеприятнейшей неожиданностью для обитателей замечательного во всех отношениях городка Сен-Пьер - родины Жозефины де Богарне,между прочим. Населенный пункт находился в 8 километрах (и снова цифра "8") от вулкана, то есть недостаточно далеко для выживания, ибо: "...эта туча, так называемая жгучая, или палящая, состоит из страшно сжатых и перегретых водяных паров и газов, переполненных горячим пеплом, и несёт не только мелкие камни, но и громадные глыбы... в четыре-шесть кубических метров на несколько километров...".
Купание жителей в адском хамаме длилось считанные минуты, но этого оказалось достаточно, чтобы тридцатитысячный город превратился в тридцатитысячное кладбище. Погибли даже обитатели кораблей, стоявших в бухте. Только одному пароходу "Роддам" удалось выйти из зоны бедствия, путь дымилось на нём всё, вплоть до палубы и бортов, а мачты снесло за борт, но это ведь мелочи.
Через девять часов жители небольшого городка Сен-Люсия,что поблизости от Мартиники, увидели пароход в своей гавани.
«Роддам» — единственное уцелевшее судно из 17 стоявших в порту Сен-Пьера в момент извержения.
Когда капитан корабля - капитан Фриман вышел из госпиталя, он получил награду — серебряную медаль Ллойда.
Газеты тез лет описали историю "Роддама" как "Побег из преисподней",и были чертовски правы! В истории судоходства этот случай явно не имел себе подобных!
Подсчет выживших на побережье донельзя прост - их ровно 2 человека. Один - заключенный, которого спасли стены карцера, хотя ожоги 80% тела он все равно получил. Да, выкопали "Самого везучего человека в мире" лишь через 3 дня, но живым.
Второй - сапожник, прогуливавшийся за пределами города по делам. Он, кстати, через четыре месяца попал в еще один пирокластический поток, но и в нем остался жив - не иначе это был последний из рода Неопалимых Таргариенов.
А Джон Сноу опять не в курсе...
P.S. При создании статьи были использованы архивные материалы издания "ВОКРУГ СВЕТА №9-1965"