Индийская деревня.
Чаще всего переезд в другой город или деревню у нас начинался утром, и этот раз не был исключением. От Кхаджурао до деревни Бупи (это не название деревни, а имя нашего водителя) ехать около часа мимо пыльных гранитных карьеров и жёлтых полей горчицы. На этот день, мне кажется, пришелся апогей нашего коллективного плохого самочувствия за всю поездку. Мне не хотелось никаких переездов, знакомств с семейством нашего водилы, погружения в местную жизнь и обычаи деревни. Мне хотелось лечь в теплую и мягкую постель, пить вкусный чай и смотреть фильмы. Судя по лицам остальных ребят им хотелось того же, учитывая что за день до этого у Леши с Надей была температура.
И вот, мы на месте.
Ожидания: я думал, что это будет уютный дом, где-нибудь глубоко в лесу, окруженный зеленью, красиво обставленный и покрашенный, как это действительно умеют делать индусы (я про краску). Почему-то мой мозг нарисовал такую картинку после разговоров с Бупи, который расписывал место, где он живет, как очень красивое и тихое, и что там в отличие от мегаполиса много зелени и тому подобное.
Реальность: когда мы ехали по проселочной дороге к его дому, я про себя думал: “Мы же еще не близко, надо проехать всего несколько километров, и тогда, перед нашим взором обязательно предстанет вид на чудесные джунгли с озером, выглянет солнце из-за серой дымки, и мы радостно откроем двери дома”. Но мы ехали по убитой дороге мимо горчичных полей, покрытых пылью, недостроенных домов, покрытых пылью, отбившихся от стада коров, опять же покрытых пылью. И все это из-за добычи гранита, которого тут просто в избытке. В комбинации с холодной погодой и отсутствием солнца, складывалось ощущение, что кто-то понизил насыщенность красок, как в фоторедакторе. В общем, было совсем неуютно, когда мы доехали до пункта назначения и пришлось выходить из машины.
Бупеш говорил, что не достроил свой дом, в который, как он рассказывал, было вложено около 900 тыс. рупий, а это серьезная сумма для Индии. Дом его представлял из себя одноэтажную постройку из трех комнат без дверей и еще открытой зоной - прихожей и кухней почти на улице. Пола нет, голые кирпичные стены, внутрь мы не заглядывали, но там тоже минимальная мебелировка: кровати, да пластиковые стулья, которые они вынесли, и это похоже, все, чтобы на них с комфортом уселись белые. В общем, я приуныл и мне захотелось побыстрей свалить в цивилизацию, поближе к теплу и комфорту. Я прям слышал, как мое нутро сжимается и стонет, потому что нам тут предстояло провести целый день, а, возможно, еще и ночь.
Время близилось к полудню, а теплее все не становилось, и мы, как обычно укутанные во всё, что было, зашли в сей скромный, но очень гостеприимный дом. Мы так и не поняли, сколько человек в семье, потому что постоянно приходил народ с соседних домов поглазеть на белых, но в какой-то момент можно было насчитать человек 20. Нас усадили в уголок полу-комнаты, похожей на прихожую, девчонки сели на кровать, мы на пластиковые стулья. Тут же поднесли чай с печеньками и каким-то сладко-острым дошераком. Мы молча, переглядываясь, попивали чай и пытались согреться. Я пытался не подавать виду, когда за спиной у Нади вдоль стены с плакатами божеств между потухшими благовониями бегала мышка взад-вперед. Это даже выглядело как-то мило, не удивился, если бы у нее было даже имя. Но ситуацию нужно было принять, потому что это Индия, а у нее всегда свои планы, хочешь ты этого или нет, и через некоторое время мы уже сидели у костра из прессованных коровьих лепешек и раскуривали чиллум. Все как-то стало хорошо, и холод отпустил, и разные переживания и сомнения по поводу сегодняшнего дня перестали донимать. К тому же, Бупи готовил нам вкуснейшую чикен масала в большом котле - это было настоящее шоу! Но отведать блюдо мы смогли только после того, как посетим всех его друзей, и мы посидев еще пол часа у огня, двинулись в соседние деревни. Не успели опомниться, как мы уже сидели во дворе довольно уютного двухэтажного дома в окружении семейства и, конечно, соседей. Да что уж говорить, даже коровы пришли посмотреть на нас и с любопытством заглядывали за ворота.
И вот, мы сидим в центре внимания, напряженные, под прицелом, все нас пристально разглядывают, разговаривают на своем - из всей толпы английский знал только Бупи, он и был нашим переводчиком в открытый, добродушный и немного чудной мир деревенский людей. В какой-то момент я понял, для чего случай меня привез сюда, и мое сердце начало потихоньку оттаивать. Я заглянул каждому по очереди в глаза, в эти доверчивые, любопытные и полные глубинной красоты глаза детей, стариков, старушек, женщин, укутанных в сари и, конечно, мужчин. Я заглянул каждому. И мне стало очень тепло в груди и так свободно, что захотелось обнять каждого. В этот момент я понял, что такое Индия. Индия - это люди. Индия - это страна, понять которую невозможно, ее можно только почувствовать, и смотреть тут надо не НА, а ЧЕРЕЗ. В этот день у меня что-то щелкнуло внутри и осталось там навсегда.
После этого мы долго сидели смеялись, общались почти без переводчика, нам несли, возможно, последние печенья в этом доме, которые пришлось есть, чтобы не обидеть хозяев. Потом мы по традиции долго фоткались со всей деревней на крыше, с ружьями, без ружьев, с детьми, с женщинами, с мужиками, потом опять с детьми, а улыбка не сходила у меня с лица, потому что я был безусловно счастлив и мне хотелось запомнить это чувство, и унести его с собой домой.
Я ехал обратно в дом Бупи молча. Да мы все молчали, просто говорить было нечего… Люди тут живут, конечно, не в картонных палатках, но все равно в нищите. Огромные семьи, в каждой трое-четверо ребенка, а то и больше. Дети ходят прям босиком, когда мы дрожим от холода в своих найках и нью бэлэнсах. Радуются тут не набитым сумкам в бутиках или новому гаджету, а радуются просто так, улыбаются первые тебе, и ждут того же в ответ. Им очень интересен твой мир, хотя их мир, возможно, тебе безразличен… Невольно вспоминаются слова из песни Азамата Мусагалиева - Х@ли ты ноешь?!
Пока мы ели нежнейшую и пикантную курицу, никто из семейства не приступал к трапезе - такие у них правила, сначала должны поесть гости, только потом, когда она наедятся, могут приступить к еде старшие мужи, и только потом все остальные.
После ужина мы направились к другу отца Бупи - очень богатого дядьки, у которого несколько гектар горчичных полей, свой отельчик в Кхаджурао, и вообще у него все неплохо. Там нас еще раз покормили, напоили, и мы, уставшие, но очень благодарные всем домам, которые за день посетили, пошли спать…
На следующий день нам предстоял последний и далеко не простой переезд в город погребенных костров - Варанаси…
Текст: Konstantin Z
Иллюстрации: Konstantin Z