За помощью обратилась женщина 32-х лет, 5 лет в браке. Назовём её Марина.
Марина рассказала, что постоянно ощущает недоверие к мужу, думает, что он в тайне её обманывает, настроен враждебно. Женщина сомневалась, что её опасения верны, но не могла отделаться от навязчивых мыслей о неискренности и скрытой враждебности близкого человека. Эти мысли, соответственно, влияли и на её отношения с супругом, в которых конфликт мог вспыхнуть по любому поводу.
Первым делом, я дала Марине задание проверить свои опасения на реальность, чтобы вместо иррационального убеждения "он меня обманывает" сформировать более объективное, взвешенное. Когда у Марины появлялось чувство, что муж с ней неискренен или враждебен, она должна была записать факты, это подтверждающие.
Фактов Марина найти не смогла, что помогло ей понять, что она имеет дело со своей проекцией - той моделью восприятия людей, которая сформировалась у неё по отношению к значимым другим из детства, а именно, так женщина воспринимала своего отца. Из её рассказа:
"Отец имел, по всей вероятности, расстройство личности. Он относился ко мне очень жестоко, бил, унижал словесно, умерщвлял домашних животных, которых мне разрешала заводить мать, потому что те нарушали его покой, за малейшее непослушание угрожал отдать в детдом... Он меня ненавидел и никогда не желал мне добра."
После такого печального опыта Марине было сложно доверять кому бы то ни было. Отношение отца привело к тому, что она сама начала относиться к нему враждебно, а потом и к остальным мужчинам из ближайшего окружения.
Я предложила Марине поисследовать своё детство, постараться получше понять личность отца, мотивы его поведения, чтобы уйти от резко негативного его восприятия.
Поначалу у женщины включалось сопротивление и отрицание, нежелание вспоминать, тем более хорошее, но постепенно, в совместной работе, Марине удалось воссоздать более-менее целостную картину своего детства, личности отца и отношений с ним.
"У отца было сложное детство, его родители возлагали на него большие ожидания в плане учебы, карьеры, выбора невесты... Когда отец поступил так, как хотел, родители перестали с ним общаться.
Из-за нарциссизма он считал себя выше других, а потому ему сложно было влиться в коллектив, найти там единомышленников и продвинуться по карьерной лестнице.
Свои неудачи он срывал на нас с матерью, словно мы были виноваты в этом.
Иногда у него случались какие-то проблески в настроении, он брал меня и младшего брата кататься на лодке, читал с нами книжки, помню как мы вместе собирали металлический конструктор...
Если бы не его психическое расстройство, с ним можно было бы поладить, он мог быть хорошим отцом.
У меня с ним немало общих интересов: я, как и он, тоже люблю фотографировать, кататься на велосипеде...".
Прошёл какой-то период, прежде чем Марина составила цельное представление об отце вместо образа страшного монстра.
Её личная тревога уменьшилась вместе с подозрительностью по отношению к мужу.
Не всегда удаётся простить, но можно попытаться понять. Это и произошло с Мариной в терапии, когда она отделила отца от его психического расстройства.