Эта подлинная история кажется мне очень удивительной. Перескажу со слов рассказчицы.
Когда началась война, мне не было и восьми лет, и как мы с мамой садились в вагон одного из первых санитарных эшелонов, отправлявшихся в тыл, я не помню. К тому же с утра у меня поднялась температура, и когда мы стояли на перроне и ждали поезда, я уже еле держалась на ногах.
Мама рассказывала, что вагон был переполнен. Кроме легкораненых солдат, в нём ехали женщины с детьми. Мест не хватало, нам пришлось расположиться прямо на полу. Когда поезд тронулся, в вагон заглянул мужчина в форме, видимо, это был военный врач. Он присел передо мной на корточки, прощупал пульс, достал фонарик и осмотрел горло. Лицо его помрачнело.
- Вам нельзя оставаться в поезде,- сказал он маме,- через часа два будем проезжать полустанок, там недалеко есть детская больница, я попрошу машиниста остановиться, а вы приготовьтесь выйти.
Через час мне стало совсем плохо- лоб пылал, дыхание было частым и прерывистым. Растерянной матери оставалось только дожидаться остановки.
С верхней полки спрыгнул молодой солдатик, левая рука его была перевязана, но он ловко поднял меня и уложил на своё место, а сам сел с краю. Я с наслаждением вытянула ноги и провалилась в глубокий сон, а мама задремала, сидя на полу.
Я проснулась, когда начинало уже светать. Поезд стоял. С этого момента я помню всё очень хорошо- солдатик помог мне спуститься , мы вышли из поезда на перрон, возле которого начиналось поле. Поле было большое и красивое, лёгкий ветерок колыхал высокую траву. Я с наслаждением вдыхала чистый утренний воздух. Возвращаться в поезд мне не хотелось.
-Ну, пора, а то поезд уйдет...-сказал солдатик.
Мы вернулись в вагон, я присела возле ещё дремавшей мамы и опять заснула. Проснулась я совершенно здоровой и бодрой, а солдатика в вагоне уже не было. Мама расстроилась,что не поблагодарила его как следует и не спросила его имени. Она долго об этом сожалела. А в то, что мы выходили с ним из поезда, мама не поверила, считая, что мне это приснилось.
Как ни удивительно, но мне довелось с ним свидеться ещё раз. В первое лето после войны, в городском парке. Парк приводили в порядок-стригли газоны, красили проржавевшие за эти годы карусели. Я садилась на качели, когда увидела моего спасителя. С ним было еще несколько молодых людей, но он отошел от своей компании и подошёл ко мне. Я засмеялась от радости, что вижу его живым. Он раскачивал качели, я подлетала высоко и закрывала глаза от удовольствия, потом я захотела остановиться и поговорить с ним, открыла глаза, а его уже не было. До сих пор не понимаю, как он мог так быстро уйти. Я побежала домой рассказать маме о нашей встрече, но мама мне опять не поверила, считая это моей фантазией. Основания не верить у неё были-имени его я спросить так и не успела, хотя лицо его запомнила на всю жизнь.