Автор: Дмитрий Р.
«Когда началась катастрофа на юге, я приготовился к тому, чтобы самому себя утешать, найти в совершающемся хоть каплю хорошего. Но оказалось, и это было для самого себя удивительно, что утешать не только не пришлось, а точно помимо сознания я понял, что совершается грандиозное — Россия снова становится грозной и сильной. Я сравниваю 1917 год и 1920, и кривая государственной мощи от нуля идет сильно вверх. Конечно, в России сейчас очень не сладко и даже гнусно, но думаю, мы достаточно вкусно поели, крепко поспали, славно побздели и увидели, к чему это привело. Приходится жить, применяясь к очень непривычной и неудобной обстановке, когда создаются государства, вырастают и формируются народы, когда дремлющая колесница истории вдруг начинает настегивать лошадей, и поди поспевай за ней малой рысью. Но хорошо только одно, что сейчас мы все уже миновали время чистого разрушения (не бессмысленного только в очень высоком плане) и входим в разрушительно созидательный период истории. Доживем и до созидательного»
А.Н. Толстой 16.02.1920.
Владимир Ильич проснулся… Увы, это не те золотые времена в Берне, когда проснувшись, можно было не торопясь пробежаться по тропинкам Бремгартенского леса, после чего, чинно и благородно употребить сытный континентальный завтрак в уютном ресторанчике "Ландольт" на углу улиц Кадоль и Консей-Женераль.
Всё ещё слегка погруженный в грёзы о безвозвратно ушедшем безбедном существовании, Владимир Ильич подошел к окошку их с Надеждой Константиновной маленькой комнатки на втором этаже дома 14 по Шпигельгассе. Обычное серое, зимнее, цюрихское утро. Шёл дождь. Надежда Константиновна ещё спала. Владимир Ильич быстро и энергично совершил гимнастику, оделся и спустился по маленькой, темной и скрипучей лестнице в холл, где уже вовсю стучал своим молоточком его квартирный хозяин - сапожник Каммерер.
"Товарищ Ленин отличался необычайно простотой. Как он, так и его жена не придавали никакого значения хорошей одежде и хорошей пище. Они платили мне 28 франков в месяц. Зимой я должен был сделать им пару тяжелых крестьянских башмаков с большими гвоздями. — «Господин Ленин,— говорил я ему,— с этими башмаками вас примут за крестьянского старосту». Он смеялся, но продолжал носить эти башмаки в течение всей зимы."
Поздоровавшись с работягой, Владимир Ильич вышел на улицу, быстренько перекусил в ресторанчике Якобсруннер и, прошагав по узким, кривым улочкам буквально 500 метров, оказался у внушительно здания бывшего доминиканского монастыря, а ныне - кантональной библиотеки (сейчас - Zentralbibliothek) на Церингерплатц. Там он был визуально знаком каждому, ведь просто тупо не возможно не запомнить ежедневно зарывающегося в книги человека с остатками рыжеватых волос на большой, почти лысой голове.
Каждое утро он приходил сюда и садился на уже определившееся, свое место, не смотря ни на кого, не вступая ни с кем в разговоры. В полдень Владимир Ильич, как обычно выходил на улицу, где его ожидала верная спутница жизни – Надежда Константиновна. Пообедав с супругой, Владимир Ильич снова оказывался на своем посту, среди книг, склонив голову над своими записями. Вечером, окончив работу в библиотеке, Владимир Ильич направлялся домой, где ужинал с супругой в своей скромной каморке и снова принимался за работу.
«Читал Владимир Ильич чрезвычайно много. Можно бы даже сказать — неправдоподобно много, если не знать одну особенность чтения Ленина. Когда я впервые увидела, как читает Владимир Ильич, мне показалось, что он просто перелистывал книгу, поверхностно проглядывая её содержание. Но потом я заговорила об этой книге, и оказалось, что он досконально освоил, прямо-таки проштудировал прочитанное. Мне это показалось чудом. Но впоследствии я узнала, что Ильичу свойственно так называемое «партикулярное чтение». В то время как обычный читатель охватывает зрением одну-две строчки, в лучшем случае целое предложение, при партикулярном чтении в поле зрения читающего попадает сразу полстраницы. А то и страница».
Е. Усиевич
Ближе к вечеру, когда Владимир Ильич уже заканчивал работу в библиотеке, одна из местных бабушек-смотрительниц, собрав волю в кулак и бочком подступив к столику в углу, отважно поинтересовалась у лысого гражданина:
- Уважаемый херр, а можете Вы сказать, чем Вы занимаетесь уже несколько месяцев в нашей библиотеке?
- Я пытаюсь предсказать будущее – пошутил херр Ульянов.
- Ооооу! А откуда Вы? Я слышу у Вас незнакомый акцент, - не унималась старушка.
- Я из России, - не без гордости сообщил Владимир Ильич.
«Без чего мы прямо тут голодаем, - это без беллетристики. Володя чуть ли наизусть выучил Надсона и Некрасова, разрозненный томик «Анны Карениной» прочитывается в сотый раз. Мы беллетристику нашу оставили в Париже, а тут негде достать русской книжки. Володя что-то стал, как нарочно, большим «беллетристом». И националист отчаянный, а подобрал, например, у знакомых выброшенный ими каталог Третьяковской галереи и погружался в него неоднократно».
Письмо Н.К. Крупской к М.А. Ульяновой. Сельская гмина Поронин близ Кракова, 1914 год.
Вы знаете, - бабка совсем раздухарилась, - я знаю одну книгу, где как раз предсказано будущее. Там есть и про Россию. Сейчас я Вам её принесу.
С внезапным проворством старушка исчезла между книжными полками и, буквально через пару минут, взгромоздила на стол Владимира Ильича объёмистый фолиант.
«Propheties de Michel Nostradamus» - прочёл Владимир Ильич.
- Смотрите, - продолжала активничать неугомонная старуха, - вот здесь сказано и про Россию, у меня всё отмечено тут. Видите закладочки. Так, Германия, Франция… Вот! Россия.
- Так, вот здесь - первая центурия, 49 катрен:
Beaucoup beaucoup avant telles menees'
Ceux d'Orient par la vertu lunaire
L'an mil sept cent feront grand emmenees'
Subjugant presques le coing Aquilonaire.
Намного ранее этих событий
Придут люди с Востока под покровительством Луны.
В 1700 году совершат большие передвижения,
Почти покорив Северный край /угол Аквилона/ – перевёл Ильич.
- Видите, тут внизу расшифровка. Это про Петра 1, – прошамкала старушка.
- Вот ещё… Пятая центурия, 79 катрен:
Par sacree pompe viendra baisser les aisles,
Par la venue du grand legislateur:
Humble haussera, vexera les rebelles,
Naistra sur terre aucun aemulateur.
Пышность религии сильно уменьшится
С приходом великого законодателя.
Смиренный возвысится, потревожит восставших,
На земле родится его соперник.
- Это вот у нас про вашего Грозного, царя – вошла в раж старуха.
- Так, центурия восемь, катрен 15:
Vers Aquilon grands efforts par homass
Presque l'Europe & l'Vniuers vexer ,
Les deux eclypses mettra en telle chasse,
Et aux Pannon vie & mort renforcer.
Большие усилия направит мужеподобная на Север,
Почти всю Европу и весь мир потревожит.
За двумя беглецами устроит большую погоню,
И Панноны к великому горю придут.
- Это вот про Екатерину Великую пишут, - провела пальцем по строке старушка.
- Тут же, восьмая центурия, 89 катрен:
Pour ne tomber entre mains de son oncle,
Qui les enfans par regner trucidez,
Orant au peuple mettant pied sur Peloncle
Mort & traisne entre cheuaux bardez.
Чтобы не попасть в руки своего дяди,
Который убил его детей ради того, чтобы царствовать,
Он обратится к народу, и коварный дядя будет попран.
Он будет убит и его поволокут закованные в латы кони.
- Это написано про какого-то Бориса Годунова, - не замечая явного раздражения собеседника, увлечённо продолжала старушка.
- Спасибо, я понял, всё это архиинтересно - нетерпеливо перебил её Владимир Ильич, - Вы это тут оставьте, а я посмотрю.
Минут через десять Владимир Ильич сдал книги своей новой знакомой, собрал свои бумаги и поспешил домой. Перекусив и обменявшись с Надеждой Константиновной последними новостями, Владимир Ильич сел к столу в углу каморки и задумался…
«Даже вот такая лютая архичушь находит отклик в сердцах невзыскательного обывателя… Пожалуй и мне стоит, да и пора уже, дать свой прогноз на будущее. На ближайшие лет сто».
Владимир Ильич взял из аккуратной стопочки на углу стола чистый лист бумаги и положил перед собой. Задумался, макнул пером в чернила и, отступив немного сверху листа, размашисто написал посередине:
"ВАНГУЮ:"
Владимир Ильич откинулся на стуле, прикрыл глаза и, казалось, провалился в глубокий транс. Только отчаянно пульсирующие вены на висках говорили о напряжённой работе мысли. Внезапно, Владимир Ильич, словно распущенная пружина, стремительно наклонился к столу и принялся с необычайным воодушевлением писать:
"В мире наступает новая стадия капитализма — империализм. Маркс являлся автором фундаментальной теории перехода к индустриальной стадии капитализма, я же предсказываю новую стадию - стадию перехода от капитализма к империализму — власти удаленно управляющих миром ростовщиков, опирающейся на военную силу не в одной стране, а по всему миру. Главы будут такими:
1. Концентрация производства и монополии
Увеличение капитализации производства повлечёт за собой необычайный рост промышленности, что приведёт к сосредоточению производства в крупных предприятиях. При этом труд в крупных заведениях станет гораздо производительнее. Передовой страной современного капитализма станет США. Предприятия-гиганты неизбежно превратятся в монополии, которые ослабят конкуренцию. В некоторой степени произойдёт обобществление производства, однако присвоение результатов труда остаётся частным.
2. Банки и их новая роль
Банки в деле концентрации капитала будут играть решающую роль, кредитование встанет во главе развития и поставит под контроль все сферы производственной деятельности. В лице банков на место разрозненных капиталистов придут коллективные капиталисты, которые будут бороться между собой за гегемонию над целыми секторами экономики.
3. Финансовый капитал и финансовая олигархия
Миром будет править финансовая олигархия, которая представляет собой сращивание промышленных предприятий и банков под началом небольшой группы лиц, способных контролировать СМИ, парламенты и правительства. Укрупняясь, банки обрастают "кредитной канцелярией". Наличие акционерного капитала при этом не отменяет деления на богатых и бедных, поскольку мелкие акционеры лишь номинально являются собственниками предприятия. Будет существовать "четыре столпа всемирного финансового капитала", владеющих 80% мировых ресурсов: Англия, Франция, США и Германия.
4. Вывоз капитала
Рабочая сила станет товаром. Капитализм будет характеризоваться неравномерностью развития, что выразится в его всемирном значении, так как произойдёт повсеместный вывоз капитала в отсталые страны, где «сырые материалы" дешевле, а заработная плата работников меньше. Это приведёт к "прямому разделу мира".
5. Раздел мира между союзами капиталистов
Монополистический капитализм будет связан с "обострением борьбы за раздел мира". Ключевой станет борьба за ресурсы и, прежде всего – за нефть.
6. Раздел мира между великими державами
Будет шесть великих держав - к четырём ранее упомянутым присоединятся Россия и Япония. Так как особенностью империализма станет "погоня за источниками сырья", требующегося растущей промышленностью всё в больших масштабах, эта борьба найдёт своё выражение во "внеэкономической надстройке" - политике и идеологии, основами которых станет «воинственный дух». Ряд формально суверенных стран в эпоху империализма превратятся в полуколонии и протектораты развитой шестёрки.
7. Империализм, как особая стадия капитализма
При этом, на определённом этапе монополии сыграют свою роль в "переходе от капитализма к более высокому строю". В целом империализм будет представлять собой власть финансовых олигархий, разделивших между собой мир. При всех своих особенностях он остаётся "стадией развития капитализма". Основная схватка империалистических держав будет происходить за Южную Америку и Китай.
8. Паразитизм и загнивание капитализма
Отсутствие свободы конкуренции приведёт монополии к "застою и загниванию", сформируется праздный слой инвесторов, которые создадут большинство государств-должников. Инвесторы фактически превратятся в паразитов, а пролетариат развитых стран встаёт на путь оппортунизма. Люди, в отличие от ранних стадий капитализма, будут мигрировать не из метрополий в колонии, а наоборот.
9. Критика империализма
Обуздать империалистов в некоторой степени поможет реформистская идеология "социал-империализма", при которой монополии и банки немного ослабят хватку при помощи полицейского контроля. Мира в мире при этом не будет в связи с тем, что усилится национальный гнёт. Это приведёт ко множеству мелких межнациональных конфликтов.
10. Историческое место империализма
По сути империализм будет представлять собой эксплуатацию империалистическими нациями всех других. При этом империалистические нации станут более сплочёнными во вне посредством оппортунизма, но в итоге неизбежно вступят в антагонизм между собой.
- Ну вот, - подумал Ильич, - осталось нарастить на этот скелет плоть и придумать название… «Империализм, как новейший этап капитализма» - так и есть!
"8 апреля 1917 года Ульянов заявил, что он должен немедленно уехать. Я ему сказал: «Почему вы хотите сейчас уехать? Ведь за комнату уплачено до 1 мая». Он мне на это возразил, что у него срочные дела в России. Ну, я покачал головой: ведь, согласитесь, не шутка потерять деньги за полмесяца квартирной платы, особенно когда лишние деньги не водятся, как это было у Ульянова. Какой был квартирант этот Ульянов! Боже мой, я был им очень доволен. Платил мне 28 франков в месяц за комнату, это было достаточно во время войны, теперь это стоило бы дороже — 35—40 франков по меньшей мере. С ним хлопот было очень мало. Они пользовались кухней, госпожа Ульянова варила обед, и постоянно они пили чай. День-деньской Ульянов сидел за столом, читал книги и газеты и до поздней ночи писал. Боже мой, сколько книг и газет он получал! Видите, этот угол каждый день был полон книг и газет, а Ульянов их сам забирал, чтобы почтальону не нужно было так часто подыматься наверх. Некоторые письма были адресованы на имя Ленина. Я спросил госпожу Ульянову, что бы это означало. Она мне объяснила: «Мы — русские эмигранты, а это литературное имя». «Хорошо, — сказал я, — это меня не касается. Вы в полиции заявлены, а остальное меня не интересует. После их отъезда я сжег уйму газет и печатных изданий, не мог я их взять с собой в новую квартиру. Клянусь вам, в голову мне никогда не приходило, что он в России станет таким большим человеком".
Сапожник Каммерер.
А вы говорите Нострадамус.
На сегодня всё! Спасибо и оставайтесь с нами! Подписка - гарантия новых, интересных знаний.
Читайте также: Барышни-воительницы, дававшие фору сильному полу