Второй проходит месяц Я не пишу стихов Опять тревогу месят Хозяева верхов. В Госдуме нынче трется Немало коммуняк. Чего нам ждать придется От этих забияк? Тюрьмы иль голодухи А, может быть, войны Иль форменной разрухи Истерзанной страны Привык в дерьме копаться Родной электорат. Ему бы отмываться, А он завязнуть рад. С Чечней не могут сладить Российские войска. Придется, видно, гладить Чубы "боевикам". Ведь кто-то догадался, Бандитов так назвал, А свой солдат связался С кликухой "федерал". Неумные писаки Сломили его прыть, Теперь даже макаки Нас могут охмурить Душа болит чего-то Вся жизнь полна трухи. Ни отдых, ни работа - Какие тут стихи ! 1996 г.
Второй проходит месяц
Я не пишу стихов
Опять тревогу месят
Хозяева верхов.
В Госдуме нынче трется
Немало коммуняк.
Чего нам ждать придется
От этих забияк?
Тюрьмы иль голодухи
А, может быть, войны
Иль форменной разрухи
Истерзанной страны
Привык в дерьме копаться
Родной электорат.
Ему бы отмываться,
А он завязнуть рад.
С Чечней не могут сладить
Российские войска.
Придется, видно, гладить
Чубы "боевикам".
Ведь кто-то догадался,
Бандитов так назвал,
А свой солдат связался
С кликухой "федерал".
Неумные писаки
Сломили его прыть,
Теперь даже макаки
Нас могут охмурить
Душа болит чего-то
Вся жизнь полна трухи.
Ни отдых, ни работа -
Какие тут стихи !
1996 г.