Пока мир весело горит в огне, продолжаю делиться своими наблюдениями о насущном. Как-то незаметно в этом году наступил любимый месяц всех буквенных, но на фоне ковидобесия и последовавшего за ним трындеца в сша, можно сказать что он практически не бросался в глаза.
Сегодня хочу затронуть более широкую тему солидарности крупных компаний с лгбт движением, которая, как и в прошлых случаях, вызывает больше вопросов, чем ответов. Посудите сами, по официальным заявлениям людей нетрадиционной ориентации порядка 5, в лучшем случае 10 процентов. Казалось бы, нужно достаточно выборочно подходить к подбору знакомых, чтобы тебя начали окружать именно геи, да еще и открытые, однако, когда мы затрагиваем вопрос масс медии, то наблюдаем совершенно иную картину: редкая компания не пыталась выезжать на теме лгбт (а сейчас и черных жизней), и редкое популярное произведение не впихивало в себя персонажей, цель которых крикнуть зрителю в лицо, что они геи, особенно в каких-нибудь детских мультфильмах.
Такое поведение закономерно вызывает у далеких от индустрии и современной повестки людей негодование и непонимание, и в ход идут самые неадекватные теории, стремящиеся объяснить, что вообще происходит. Классическая, это конечно же мировой заговор евреев/массонов/рептилоидов/хаоситов (нужное подчеркнуть), который заставляет компании действовать по одному плану и развращать правоверное христианское население. Но, к сожалению, во-первых, мировых заговоров не существует, а во-вторых, как подметили экономисты, хочешь не хочешь, а прибыль для корпорации всегда первична.
Следом идут обычно более продвинутые люди, которые верят, что компании так делают, потому что стремятся продать свой продукт представителям лгбт, либо что они набегут на их компанию, засудят, забойкотируют, и так далее. Здесь я лишь хочу процитировать Boon Cotter, дизайнера видеоигровой компании Naughty Dog
Самая раздражающая часть всего этого дерьма, это идиотская предпосылка, что игровые разработчики удерживаются в заложниках в удушающем захвате «СЖВ повестки».
Правда: Мы действительно ХОТИМ делать хорошие игры, инклюзивные игры, игры, которые отвергают ваше токсичное пацанское поведение.
Вольный перевод.
Так что да, ваши мечты о том, что в деградации культуры виноваты меньшинства, которые кому-то что-то навязывают, достаточно далеки от реальности. В конце концов автору в принципе достаточно трудно что-то навязать, а капиталисту в принципе важна лишь финансовая составляющая.
А вот вам еще немножко инсайдов, где опять таки выясняется, что это инициатива сверху, а не снизу (для знатоков английского)
Так что для меня лично сомнения не вызывает тот факт, что инициатива проталкивать меньшинств в культуру идет именно со стороны самих производителей этой культуры. Но как же так вышло, что западная культура была массово захвачена теми, кого в обществе должно быть теоретическое меньшинство?
Есть такое понятие, как креативный класс, и в отличии от марксовых классов, его достаточно легко обнаружить и наблюдать за его деятельностью. Но важнее определиться с тем, что он из себя представляет. Основными чертами креативоного класса являются склонность к рефлексии, абстракции, любознательность и стремление к творчеству. На фоне всего этого, одной из характерных черт для творческих людей есть девиация, то есть устойчивое отклонение от общепринятых норм. Собственно, благодаря этому творческие люди и способны творить то, что другим банально не приходит в голову, но это же сопровождает их по жизни как фактор регулярного отторжения общепринятых стандартов.
Не трудно догадаться, что с такими задатками творческие люди намного более склонны к различным половым извращениям, в чем собственно и заключается основная причина повального увлечения лгбт тематикой представительствами крупных компаний. Творческие люди находят друг друга, после чего в условиях современной индивидуальной изоляции лепят то, что наблюдают каждый день, и во что верят сами. В принципе отрыв креативного класса от основного населения мы достаточно хорошо можем видеть и у себя, с той поправкой, что в снг этот отрыв носит часто еще и экономический характер.
Есть ли надежда на то, что в будущем культура станет более народной и актуальной для масс? В это у меня так же мало веры, как в вероятность качественного роста будущих произведений: западная цивилизация переживает катастрофический идеологический упадок, но об этом мы поговорим как-нибудь в другой раз.